При этих словах на глазах у Жана выступили слезы, и мальчик, повеселевший было при виде роскошных яств, снова поник духом. Заметив это, Кало и Галдо приняли меры к тому, чтобы поправить ему настроение.
– А ты здорово управляешься с вычислительной шкатулкой, – сказал Кало.
– У нас так быстро не получается, – подхватил Галдо.
– Хотя мы порядочно знаем арифметику!
– Во всяком случае, мы так считали до знакомства с тобой, – добавил Галдо.
– Да ничего особенного, – откликнулся Жан. – Я и быстрее могу. Просто мне… ну… – Он нерешительно взглянул на отца Цеппи, прежде чем продолжить. – Мне нужны очки. Для чтения, для разной работы вблизи. Без них я плоховато вижу. Я бы и быстрее управился, если б в очках был. Но я свои… потерял. Один мальчик на Сумеречном холме…
– Будут тебе новые очки, – пообещал священник. – Завтра или послезавтра. Только на людях их не носи, это не вяжется с нашим нищенским обличьем. Но здесь носи на здоровье.
– Значит, ты еще и ни черта не видел, когда меня победил? – удивился Локк.
– Видел, но плохо. Все такое… расплывчатое. Вот почему я так далеко назад откидывался.
– Математический монстр, – задумчиво проговорил отец Цеппи, – и лихой драчун. Сколь необычное сочетание дарований послал нам Благодетель в лице юного господина Таннена! Ведь теперь он один из нас, Благородных Каналий, верно, Локк?
– Да, – ответил Локк. – Конечно.
Следующим вечером погода была все такая же ясная и сухая. Луны стояли высоко в черном небе, блистательные царицы ночи в окружении свиты из звезд. Жан Таннен сидел у парапета на крыше и читал, держа книгу в вытянутой руке, подальше от глаз. Две масляные лампы в стеклянных кожухах озаряли его теплым желтым светом.
– Не помешаю? – спросил Локк.
Жан, вздрогнув, поднял взгляд:
– Боги! Да ты тише мыши!
– Не всегда. – Локк остановился в нескольких футах от крепыша. – Порой я бываю очень шумным… когда на меня дурь находит.
– Я… гм…
– Можно присесть?
Жан кивнул. Локк плюхнулся рядом с ним и обхватил коленки руками.
– Извини меня, – сказал он. – Иногда я веду себя как последнее дерьмо.
– И ты извини, что я тебя ударил. Я не хотел… просто теряю всякое соображение, когда злюсь.
– Ты правильно мне врезал. Я не знал про твоих родителей. Очень тебе сочувствую. Я… мне не следовало болтать лишнее. Сам я тоже… долго не мог привыкнуть.
С минуту мальчики молчали. Жан закрыл книгу и задумчиво смотрел в небо.
– А знаешь, может даже, я и не сирота вовсе, – нарушил молчание Локк. – То есть не совсем сирота.
– Как это?
– Ну… моя мама умерла. Я точно знаю, сам видел. А вот отец… он от нас ушел, когда я был совсем крохой. Я его вообще не помню… собственно, и не знал никогда.
– Сочувствую.
– Да, нам обоим можно посочувствовать, верно? Думаю, мой отец был моряком или кем-то вроде. Может, торговцем каким. Мама ничего о нем не рассказывала. Не знаю… могу и ошибаться, конечно.
– А мой отец был хороший человек, – сказал Жан. – Он… они с мамой держали лавку на Северной заставе. Привозили в Каморр кожу, шелка, драгоценные камни. Плавали по всему Железному морю, иногда и сушей по торговым делам путешествовали. Я родителям помогал. Не товары перевозить, конечно, а записи вести, учет приходов и расходов. Еще я приглядывал за кошками, у нас их девять было. Мама… она все смеялась, мол, я у нее единственный не четвероногий ребенок. – Он шмыгнул носом и вытер глаза. – Кажется, я уже все слезы выплакал. И вообще не знаю, как быть и что делать. Родители учили меня честности. Говорили, что воровство противно человеческим законам и воле богов. А теперь выясняется, что у воров есть свой бог. И мне остается либо помирать с голоду на улице, либо благополучно жить здесь.
– Не такое уж это плохое дело, – сказал Локк. – Я вот, сколько себя помню, ничем другим и не занимался. Воровство вполне честное ремесло, если посмотреть на него так, как мы смотрим. И совсем, совсем не простое, уж поверь. – Локк вытащил из-за пазухи небольшой тряпичный мешочек. – На, держи.
– Что… что это?
– Ты же сказал, тебе нужны очки, – улыбнулся Локк. – В Виденце есть один полировщик линз, древний старикан, старше самих богов, наверное. Он не следит за прилавком, как надлежало бы, вот я и стащил для тебя несколько штук.
Жан открыл мешочек и обнаружил там три пары очков: две в круглой золотой оправе и одна в квадратной серебряной.
– О… спасибо, Локк. – Жан по очереди поднес все три пары очков к глазам и слегка нахмурился. – Я даже не знаю… гм… не хочу показаться неблагодарным, но ни одни из них мне не подходят. – Он указал на свои глаза и неуверенно улыбнулся. – Линзы надо подбирать по зрению, оно ведь у всех разное. Некоторые люди плохо видят вдаль, эти очки для них. А я, что называется, близкослепый… не дальнослепый.
– Ох, черт. – Локк поскреб затылок и смущенно ухмыльнулся. – Я же не ношу очки, вот и не знал. Ну я и болван!
– Вовсе нет. Оправы мне очень даже пригодятся, они часто ломаются. Я просто вставлю в них подходящие стекла, будут запасные очки. Еще раз спасибо.
