Возгарь бросил мрачный взгляд в полутемный проем и плотно закрыл дверь. Подумал, не поставить ли для надёжности засов, но это показалось излишним. Он обернулся к советникам, что усаживались за небольшой посеревший от времени стол в трапезной Булата. Те заняли привычный порядок, будто сидели за столом княгини, а не таились ото всех в скудно обставленной избе витязя, что стояла неподалеку от княжьих хором.
Боярин занял место напротив Булата и внимательно оглядел старшую дружину, поджав губы и сдвинув кустистые брови, слишком заметные на его тощем лице.
— Зачем мы здесь? — начал недовольный Горазд. — Не слишком похоже на дружеское застолье. Княгиня может подумать, что замышляем что-то за ее спиной. А после того покушения, она, кажется, глаз с нас не сводит.
— Обстановка в княжьих хоромах в последнее время несколько напряжённая. Лучше обсудить дела в более спокойном месте, — заявил Возгарь, а хозяин тем временем принялся разливать мед по глиняным кружкам. Кроме кувшина на столе стояли ещё сальные свечи и блюда с грубо нарезанным хлебом и холодным мясом, видно, вчерашним. Скудное угощение по сравнению с привычными яствами княжьего стола. — Пришло время обсудить недавние события.
— Ситуация… — Хотен повертел пухлой рукой в воздухе, описывая мыслительный процесс, — сложная. Нельзя продолжать делать вид, будто ничего не происходит. Княжество несёт убытки, а вместе с тем страдаем и мы.
— Дорогой друг, ты забываешь о главном: Мера колдунья. Сейчас эта новость расходится от двора к двору, и одним богам известно, как отреагирует народ. Но если направить слухи в нужную нам сторону, можно добиться определенных результатов. Вопрос в том, какой исход нас устроит больше всего?
— По-моему, присутствие человека с подобной силой сейчас нам как нельзя кстати, — рассудительно заметил Златомир. — Не нужно будет больше посылать людей на войну, если княгиня может в одиночку расправиться с тысячей за одну ночь.
Возгарь невесело хмыкнул. Предполагал, что это первое, о чем подумают бояре, ведь и сам сразу вспомнил о войне. Но нужно глядеть на ситуацию под разными углами.
— Некая привлекательность в твоей мысли есть, но за очевидной выгодой ты упускаешь главное: это колдовская сила. Великий князь не станет закрывать на подобное глаза. Чтобы колдунья управляла целым княжеством! Не было такого никогда и не будет.
Булат с угрюмой убежденностью произнес, глядя в центр стола, на трепещущий огонек свечи:
— Когда вести дойдут до Далибора, он немедленно вышлет войско. Уничтожит угрозу и нас с вами заодно. Как ни посмотри, его военная мощь во много превосходит возможности Меры. Она едва жива осталась после той битвы, а если придется сражаться с многотысячной ратью… — Покачал головой и обвел взглядом бояр. — Нет, полагаться на колдовство — ошибка, которая может стоить всем нам жизней.
— Но ведь она защитила Калинов Яр от войска Земовита. Не стоит об этом забывать.
— Конечно, — кисло скривился Возгарь. — Подавила конфликт, который сама же и развязала. Полагаю, все согласятся, что ее княжение несёт нам лишь потери, беды и трудности, с какими прежде иметь дел не приходилось.
— Верно! Столько перемен за каких-то пару седмиц, а к лучшему — ни одной.
— Разве что нечисть нападать перестала.
— Так ведь начались нападения как раз когда по Велимиру тризну справили. Теперь это уже не кажется простым совпадением.
— Кто знает, на что ещё она способна. И так подвергла княжество риску, когда приютила ормарров. И сила эта… Нет, чую, ничего, кроме бед, не принесет нам Мера.
Один за другим бояре высказывали опасения и предположения, и настрой их менялся на глазах. Сомнения и затаенный страх перед неизвестным будущим сменились теперь на решимость, когда все, наконец, пришли к общему мнению.
— Кто бы знал, что простая девчонка, которая даже власть не должна была получать, превратится в настоящую угрозу, — протянул Хотен, задумчиво попивая терпкий мед, и остальные закивали ему в ответ.
— Может, и это она подстроила, а?
Возгарь сцепил руки перед собой, а в голове уже начал вырисовываться план. Хоть какая-то определенность посреди хаоса последних дней.
— Уверен, что так же подумает и простой народ. Нужно лишь подтолкнуть их к этой мысли.
— Это предательство!
— Нет, Златомир. Это попытка защитить княжество и людей от злой колдовской воли.
День прошел на удивление обычно: в общении с боярами и в мелких заботах по дому. Однако Мера так и не решилась выйти во двор, чтобы узнать, как поведет себя гридь при ее появлении. Знают ли горожане, что она колдунья. Советники не затрагивали эту тему, но Мера видела, что холопы теперь сторонились ее, что посетителей и просящих практически не было, и что от каждого входящего в ее хоромы пахло жженым чертополохом. Так они пытались подстраховаться, отогнать злую волю. Им всем было страшно, но и Мере — страшно не меньше.