– Какие амбиции. И это говорит убийца дракона. – Теперь она точно улыбалась, но втайне – глазами, не губами. – План к тому же был ошибочным, ведь вы, как выяснилось, не больны чумой. Разве что не обошлось без божественного вмешательства. Иного способа избавиться от недуга так быстро я не вижу. А вы?
– Это и впрямь кажется необыкновенным, – невыразительным тоном ответил Рингил.
Квилиен фыркнула, совсем не как аристократка.
– Нет. Необыкновенным кажется то, что к моменту, когда мы вас нашли, вас никто не ограбил и не раздел догола. И еще необыкновенным представляется тот факт, что, несмотря на явную незаинтересованность в собственном благополучии, вы не лишились своего великолепного клинка.
Если это и был флирт, то неуклюжий, и Рингил не нашелся с ответом. Идея о том, что все воспоминания о случившемся в Серых Краях представляли собой бред, ему тоже не понравилась. Он знал, что они поблекнут – Ситлоу предполагал, что это единственный способ, позволяющий людям справиться с необузданным потоком вероятностей в Олдрейнских болотах и не сойти с ума, – но Рингил все равно упрямо держался за различия между снами и реальностью. Хьил, как нежное, но тускнеющее воспоминание, был тем, с чем он мог жить, а вот Хьил как плод лихорадки и тоски был менее хорош. Он выкинул эту мысль из головы. Стоило подумать о текущих событиях.
– Могу ли я узнать, госпожа, куда мы направляемся?
– О, в Ихельтет. – Она махнула рукой в сторону горизонта, будто огни огромного города могли в любой момент появиться там, украсив небо бледно-желтым мерцанием. – Это вполне соответствует моим конечным целям, но на самом деле выбора не было. Я прибыла в гавань и увидела, что «Милость Королевы болот» отчалила без меня, и половина других судов у причалов готовится к отплытию. Все в панике из-за чумы, и тут я, с больным человеком в свите. Это был первый и единственный корабль, капитана которого удалось убедить взять нас на борт. И его пункт назначения казался наименьшей из моих проблем.
Рингил кивком указал на приближающийся плавник.
– И у вас достаточно времени, чтобы отклоняться от курса.
Квилиен томно развалилась на перилах, выставив бедро. Склонив голову набок, одарила его уклончивой улыбкой.
– Что ж, господин мой, должна признаться, я ничего не могу с собой поделать, когда речь идет о загадках и героических историях. Вы с вашим клинком Черного народа, и вдруг в том же путешествии – плавучий пряный остров ящеров? Да разве кто-то смог бы перед этим устоять?
«Тот, кто уже видел подобное, – едва не сказал он вслух. – Тот, кто знает Чешуйчатый народ не по страшным сказкам, которые рассказывают после ужина».
Но он позволил ее вопросам повиснуть в воздухе. Они вдвоем молча наблюдали, как корабль маневрирует, подплывая к плавнику. Рингил заметил рваные дыры и пустоты в «тюфяке», заполненные морской водой, которая бурлила и переливалась, когда спутанная поверхность покачивалась вместе с волнами. Чего-то в этом духе он и ждал, но все равно почувствовал, как напряжение выплескивается, будто остатки похмелья.
Возможно, она ощутила то же самое.
– Итак, он безвреден?
– Да. – Он указал через перила, чувствуя, как старые воспоминания бурлят, словно вода в этих самых отверстиях. – Вон там дракон вырвался наружу – из той длинной полости с рваными краями на ближней стороне, где куски колышутся, когда набегает волна. Дракон выходит первым. Он как наседка, защищающая выводок. За дырой должна быть еще пара сотен прорех поменьше, откуда появились рептилии-пеоны и ящеры высокой касты. Как только это происходит, плот начинает гнить. Он теряет большую часть массы, и в конце концов течения уносят его обратно в море. Этот, вероятно, дрейфует здесь с начала пятидесятых.
– Вы правда убили одного из чудищ? – Он чувствовал, что сейчас она наблюдает за ним. – Этим самым клинком? Необыкновенно!
– Полагаю, что так. Как я уже сказал, мне помогли.
– Не важно. Разве вы этим не гордитесь?
Рингил поморщился.
– Если бы вы знали о других вещах, которые я делал этим клинком, наверняка были бы менее очарованы моими подвигами.
– А может, и нет.
Она что, трется о него бедром? Рингил повернулся к Квилиен, посмотрел ей в глаза и увидел, как блестит слюна на обнаженных в улыбке зубах.
– Госпожа моя, не знаю, как сказать вам об этом мягко, и потому не стану пытаться. Вы со мной зря тратите время.
– В самом деле? – Она не перестала улыбаться. – Это поспешный вывод.
Рингил вздохнул, прижал большой и указательный пальцы к глазам. Неужели ему действительно придется трахнуть эту сумасшедшую, прежде чем они доберутся до порта?
– Пожалуйста, не сочтите меня неблагодарным, госпожа. Просто я не создан для того, чтобы доставлять удовольствие таким, как вы.
– Возможно, вы просто ошибаетесь по поводу того, кто я.
В словах прозвучала издевка, которая привлекла его взгляд. Теперь она стояла чуть дальше, с серьезным лицом. Достала откуда-то из складок серого плаща пару криновых косяков и протянула их, как ученик плотника протягивает учителю гвозди.
«Как раз то, что тебе нужно, Гил, – сразу после лихорадки».
