– Фатбурспаркен, безусловно, один из самых необычных парков Стокгольма, – начал он. – Южная половина, напротив нас, представляет собой, как ты видишь, полукруг с газонами и дорожками. На северной, где мы сидим, преобладает бетон и прямые линии. Таким образом архитекторы парка, как я полагаю, разграничили зоны хаоса и космоса, то есть порядка. Инь встречается с Ян, Дионис – с Аполлоном. – Винсент показал на бронзовую статую в нескольких метрах от скамейки: – Поприветствуй греческого бога Аполлона. Дионис на другой половине. Правда, в виде сосуда для питья… Аполлон, по крайней мере, мужчина, хоть и с лошадиными бедрами.
– Что у тебя с парковыми статуями? – рассмеялась Мина. – Эта фиксация отдает патологией.
Винсент пожал плечами:
– Статуи в общественных местах чаще, чем обычно думают, имеют языческую или даже оккультную символику. Меня это завораживает. Они образуют сеть по всему городу, которой никто не замечает. Если б я был мистиком, то рассматривал бы это как снабжение города тонкой энергией. Но это не мое. А вот определенный психологический эффект статуи определенно имеют. В некоторых случаях это особенно очевидно.
Он указал на низкий фонтан посреди парка, больше походивший, на взгляд Мины, не то на разломанную надвое металлическую миску с мятыми краями, не то на неоправданно большую купальню для птиц.
– И как ты думаешь, за что конкурируют Аполлон и Дионис здесь, в парке? Конечно же, за благосклонность Афродиты, богини любви. Вот и она – точнее, ее разверстое лоно.
– Винсент!
Но Мина уже поняла, о чем он. Фонтан имел явные эротические формы. Которые, тем не менее, она не смогла разглядеть без подсказки.
– Дело в том, что эта символика влияет на нашу психику подсознательно, – продолжал Винсент. – Как ты думаешь, сколько людей, проходя мимо этого фонтана, вдруг чувствуют себя несколько смущенными, взволнованными или расстроенными? И почему здесь так много целующихся пар?
Последнее точно было правдой. В противоположном конце парка и сейчас несколько пар, обнявшись, сидели на одеялах. Они были поглощены друг другом и совершенно закрыты для внешнего мира.
– Если здесь есть труп, он скорее там, под травой. – Винсент встал. – Легче раскопать газон, чем долбить асфальт и бетон.
Мина тоже поднялась со скамейки, взяла подкладку кончиками пальцев и бросила в мусорную корзину. Затем подошла к фонтану. Мина подозревала, что у нее на шортах темное пятно, и стояла так, чтобы Винсент не мог видеть ее зад.
– Ты просто завидуешь им, – рассмеялась она, кивая на влюбленных.
То, что спрятать в фонтане тело невозможно, видно с первого взгляда. Для этого он слишком мелкий. Брусчатка под ногами тоже вряд ли может скрывать захоронение. Слишком много времени и сил требуется, чтобы разобрать, а потом сложить обратно целую мощеную дорожку. А ведь иначе тело, даже маленькое, не спрячешь.
Мина последовала за Винсентом в направлении лужайки. Длина южной половины парка, из одного конца в другой, не превышала сотни метров.
– Если б вам пришлось закопать здесь труп, где бы вы это сделали? – громко спросил Винсент.
Мужчина и женщина, оба лет тридцати, расположившиеся на желтом одеяле, вздрогнули и уставились на него.
– Наверное, с краю одного из проходов между деревьями. – Женщина показала рукой, стараясь выглядеть такой же серьезной, как Винсент.
Она села, положив подбородок на колени, и грустно оглядела траву вокруг. Мужчина смотрел так, будто был готов убить их всех.
Винсент задумчиво кивнул:
– Там легче всего снять слой почвы вместе с травой, а потом вернуть на место так, чтобы это не было заметно.
Пара тут же собрала бокалы, бутылку вина и одеяло. Свидание определенно закончилось.
– Винсент! – Мина укоризненно ткнула менталиста локтем в бок.
Он поднял брови и посмотрел на нее с невинным выражением:
– Не понимаю, что ты имеешь в виду.
Затем понизил голос:
– Что ты в самом деле думаешь о тех деревьях? Они стоят так близко друг к другу, что люди там почти не ходят, тем более не садятся. Если осторожно копнуть почву, никто ничего не заметит, прежде чем все снова не зарастет.
Они приблизились к деревьям. Внезапно Винсент схватил Мину за руку, а другой показал куда-то вперед.
Он редко прикасался к Мине, слишком хорошо зная ее странности, и сейчас, вероятно, не вполне осознавал, что делает. Кроме того, поскольку Мина была в майке, он держал ее за абсолютно голую руку. Кожа к коже.
И она не паниковала. Пока, во всяком случае. И не собиралась протестовать без крайней необходимости. Вместо этого попыталась понять, куда это он указывает. В том месте трава между деревьями как будто была темнее, чем на лужайке.
Винсент наклонился и сорвал несколько травинок.
– Почему они такие, как ты думаешь? Видишь? Они как будто темнее.
– Вижу, но не знаю, почему. Может, трава под деревьями получает меньше солнца?
– Возможно. Так или иначе, это 125715.
– Что?
– Цветовой код этого оттенка. LEGO, если перевести в буквы. В общем, забудь. Это связано с «Узниками форта».
Мина ничего не поняла и не была до конца уверена, что это не шутка. Похоже, все-таки нет.
