Сердце Мильды радостно трепетало каждый раз, когда она приходила к дедушке. Красный дом в Эншеде оставался памятником всего хорошего, что было у нее в жизни. И он был неразрывно связал с дедушкой Миколасом.
Он открыл, прежде чем она успела постучать.
– Доброе утро! Я уже поставил кофе.
Мильда вошла в прихожую, уставленную горшками с яркими геранями и нежными гортензиями, и сняла туфли. Недовольно поморщилась, следуя за дедушкой на кухню. Дедушка Миколас не говорил, а кричал, что объяснялось глухотой – неприятным напоминанием о его преклонном возрасте. Мильда предпочитала тешить себя иллюзией, что дедушка будет жить вечно.
– Садись, ты выглядишь усталой, – выдохнул он и поставил на стол чашку с дымящимся кофе.
– Не кричи, дедушка, – громко отозвалась Мильда.
Дедушка Миколас рассмеялся, и ямочки на его обветренных щеках стали глубже.
– Ой! Но ты ведь знаешь, со слухом у меня с некоторых пор не всё в порядке. Слава богу, что не со зрением… Я счастливчик.
– Я принесла булочки. – Мильда достала из пакета маленькие булочки с блестящей корочкой. Его любимые. Разрезала, достала из холодильника масло и сыр. После чего села напротив дедушки за кухонный стол.
Дедушка даже не посмотрел на масло. Взял половину булочки, надкусил и прикрыл глаза.
– М-м-м… Какие свежие! Вот она, радость этой жизни. – И тут же посерьезнел: – Что-то случилось? Я же вижу, ты пришла не просто так.
– Ничего, – отмахнулась Мильда.
Но дедушка не сдавался:
– Это Ади?
Мильда вздохнула. Дедушка всегда умел приложить палец прямо к больному месту. Теперь ей не оставалось ничего другого, как только рассказать о претензиях Ади на дом. Дедушка закатил глаза и накрыл ее руку своей – шершавой и морщинистой, словно кора старого дерева.
– На каждом дереве есть гнилые яблоки, – сказал он. – Ты – хорошее яблоко. Ты – «мио». Многие говорят, что нет яблок слаще, чем «мио». Это сорт унаследовал лучшее от англо-шведских родителей. Красоту от материнского сорта «вустер пармен» и нежный вкус от отцовского «орание».
– Мио? – удивилась Мильда. – Сказочное название. Астрид Линдгрен?
Она улыбалась. Приятно, когда тебя сравнивают с красивым яблоком.
– Именно! – Дедушкины глаза заблестели. – Золотое яблоко. Совсем как ты.
– А какое яблоко Ади?
Он фыркнул:
– Ади не яблоко. Он яблочный червь. Гусеница, которая прогрызает яблоко до самой сердцевины.
– Но, дедушка, он ведь тоже твой внук.
Дедушка Миколас снова фыркнул.
– Внук. Но так с родственниками не обращаются… – Он нахмурился. – Думаю, мне нужно перекинуться парой слов с этим яблочным червем.
Мильда посмотрела на дедушку, которого видела злым всего несколько раз. Посмотрела – и втайне пожалела Ади.
Дедушка хмурился недолго. Скоро его лицо снова озарила улыбка.
– Но ты ведь здесь не из-за Ади? У тебя ко мне какое-то другое дело, верно?
Мильда опустила глаза в стол и дала себе слово в ближайшее время навестить дедушку просто так, без всяких дел и поручений. И привезти с собой не только булочки, но и Веру, и Конрада. Впрочем, это в другой раз.
– Всё в порядке, – успокоил ее дедушка Миколас. – Я счастлив, что мои знания востребованы не только в теплицах. Надеюсь, на этот раз не пакет с шерстью. Это было… слишком неожиданно.
Мильда улыбнулась и покачала головой. С дедушкой все сразу становилось проще. Так было всегда. Мильда и думать не смела о том, как бы обходилась без него.
Она отодвинула чашку и достала фотографии и полиэтиленовый пакет на «молнии», который дала ей Мина. Фотографии Мильда увеличила и распечатала, чтобы дедушке было легче разглядеть детали.
– Нет, – вздохнула она. – На этот раз никакой шерсти. Травинки и листья из Фатбурспаркена в Сёдермальме. Видишь? В этом месте трава темнее, чем везде. Как будто более сочная. И на деревьях вокруг листва такого же оттенка. Как думаешь, с чем может быть связано изменение цвета? Может, угол падения солнечных лучей или что-то в этом роде?
Дедушка Миколас смахнул со стола крошки и рассыпал листья. Взял два листика, посмотрел на свет. Осторожно потер между указательным и большим пальцем, понюхал.
– Солнце, несомненно, является важным фактором для растений. Но едва ли не большее значение имеет почва. И она в разных местах разная. Разное количество минералов, питательных веществ. Более-менее различная увлажненность. Эти травинки и листья темнее, потому что произвели больше хлорофилла, чем другие. И это может означать, что в почве, где они выросли, больше азота. И вообще питательных веществ, судя по тому, что трава там гуще. – Дедушка кивнул на фотографию.
– То есть мы говорим об очень локальном изменении состава почвы, – сделала вывод Мильда. – Но что могло вызвать такое увеличение содержания азота на столь небольшом участке? Залегающая в почве медная труба? Линия электропередачи? Разница температур?
– Не могу сказать. – Дедушка покачал головой. – Чтобы узнать, нужно взять образец почвы… – Он аккуратно сложил листья и травинки обратно в мешок и застегнул «молнию». – Можно спросить, с чего ты вдруг так заинтересовалась фотосинтезом? Вера работает над школьным проектом?
