– Для начала давайте уясним одну вещь, – сказал он. – Я искренне верю, что все вы – умные люди. И что нет никакой разницы между теми из вас, кто взял кепку, и теми, кто, по той или иной причине, отказался от моего подарка. Ни одна группа не умнее другой. Но кепки создали чувство единения у тех, кто их надел, что я и постарался закрепить несколькими фразами. Помимо прочего, кепки, как общая деталь, несколько затерли ощущение индивидуальности, что очень важно для создания сектантского мышления. Каждый стал частью коллектива, пожертвовав ему частичку своей индивидуальности. Что же касается «разделения сознания» – это полная чушь. Но собственная терминология еще больше укрепляет чувство общности, и этот прием тоже используют лидеры тоталитарных сект.
Теперь в зале почти не осталось кепок. Их бывшие носители глядели хмуро.
– Повторюсь, что кепку мог взять кто угодно. Между вами и остальными нет ровным счетом никакой разницы, кто бы что там ни говорил. То, что здесь происходило, не более чем серия трюков. Совсем не сложных и довольно расхожих уловок, которых, тем не менее, оказалось достаточно, чтобы некоторые из вас согласились переехать ко мне жить и даже были готовы неизвестно за что заплатить мне большие деньги. Так что остерегайтесь лжепророков!
Винсент не собирался превращать это шоу в лекцию. Просто иногда такой финал напрашивается сам собой. В качестве компенсации следующий номер обещал быть более развлекательным.
– Но этот символ, он ведь что-то значит? – крикнул кто-то, размахивая кепкой. – Я имею в виду черные точки.
– Ох уж эти точки, – покачал головой Винсент и лукаво подмигнул. – Азбука Брайля. На ваших головах было написано: «Я повинуюсь».
Напряжение разрешилось взрывом дружного смеха. Винсент оглядел публику и улыбнулся. Если б они того захотели, могли бы решить, что он зашел слишком далеко. И сейчас их снова восемьсот пятьдесят семь человек. Манипулировать таким количеством людей значительно сложнее.
Когда зажгли свет, Винсент увидел в зале знакомое лицо. Нова сидела в первом ряду на балконе. Он не замечал ее во время выступления. Она не смеялась, не аплодировала. Сидела, скрестив на груди руки, и молча смотрела на менталиста.
Потом поднялась и ушла.
Спустившись в зеленую комнату, Винсент понял, что там кто-то есть, и невольно вздрогнул, увидев фигуру на диване. Это было против правил. Там никого не должно было быть.
– Извините, не хотела вас пугать, – сказала Нова, заметив его реакцию. – Охранник сказал, что я могу подождать здесь.
Ему потребовалось время прийти в себя, прежде чем он смог ответить. На какую-то долю секунды показалось, что вернулась Анна с татуировками. Та, что преследовала его два года тому назад. Хотя Нова и совсем не похожа на Анну.
Взгляд Винсента скользнул по столу. Вазочка со сладостями и три бутылки с водой. Кто-то явно хотел его смерти.
– Всё в порядке, – успокоил он Нову. – Просто я вспомнил одну женщину, которая когда-то преследовала меня и все время норовила проникнуть за кулисы. Когда же получилось так, что я оказался в ее квартире… по ошибке… в общем, самые неприятные воспоминания. Там была комната, полная моих фотографий. И алтарь. С тех пор я стал нервным. И я привык быть один в этой комнате.
Он опустил глаза в пол. План был запереть дверь и на некоторое время прилечь на пол. Но при Нове такое невозможно. И нужно срочно что-то делать с тремя бутылками.
Винсент сел на диван напротив нее и приготовился к резкой критике номера о сектах, где он разве что не упомянул эпикурейцев.
– Я не имела намерения вторгаться к вам, – сказала Нова. – Всего лишь хотела с вами поздороваться. И поблагодарить за интересное шоу. Действительно захватывающее.
– Вы так считаете? А мне подумалось, вы должны расстроиться… учитывая концовку. То, что я сказал о сектах… Воды?
Нова покачала головой. Черт, он так надеялся избавиться от лишней бутылки…
– С какой стати я должна расстраиваться? – спросила она. – Вы сказали правду. Думаю, надо научить людей различать полезные, конструктивные объединения от вредных тоталитарных культов.
Винсент совсем не был уверен, что это было целью его выступления, но спорить не стал.
– Кстати, если вам интересно…
Она открыла сумочку, – «Луи Виттон», как успел заметить Винсент, – достала брошюру с логотипом «Эпикуры» и протянула ему.
– На случай, если когда-нибудь захотите навестить нас.
Винсент пролистал брошюру. На первой странице – цитата, выделенная курсивом.
