Торкель собрал вещи и вышел за дверь вслед за женой. Обнял ее одной рукой, и Юлия почувствовала, как он дрожит.
– Я поведу машину, а ты с Харри сядешь сзади, – тихо предложила она.
– Хорошо, – не стал протестовать он.
Пока Торкель пристегивал Харри, который все еще резвился, Юлия обошла машину и села за руль. Только собиралась завести мотор, как почувствовала на плече руку мужа.
– Погоди. Хотел сказать тебе одну вещь…
Юлия встретила его взгляд в зеркальце заднего вида. Торкель сглотнул.
– Извини, я вел себя как идиот.
– Торкель…
– Нет, позволь все-таки сказать. Мне никогда не было так страшно, как сегодня. Я думал, он умрет, Юлия. Я правда так думал. И только тогда понял, чем ты занимаешься на работе. Эти родители…
Торкель запнулся.
– Я вообще не представляю себе, как можно пережить потерю ребенка. А ты каждый день ездишь на работу, чтобы выяснить, что случилось с этими детьми, чтобы как можно меньше родителей прошли через это. А я в это время ною дома, как глупый ребенок… Извини… мне стыдно. Обещаю с этого момента стать примерным мистером Мама. Ты больше не услышишь от меня ни единой жалобы, ни упрека в свой адрес.
Торкель провел пальцем по губам, как будто застегнул «молнию», и отбросил в сторону невидимый ключ.
Юлия обернулась, посмотрела ему в глаза.
– Ты прав, Торкель. Ты вел себя как идиот. Но ты мой чертов идиот. Ты лучший отец на свете, знай это. Харри мог только мечтать о таком. Просто тебе не повезло, когда ты немного отвлекся. Поэтому предлагаю забыть об этом и начать все с начала. И знаешь, у меня три недели отпуска, которые я решила использовать на то, чтобы подменить тебя. Понимаю, что я только что вернулась на работу, но после последнего расследования даже мой отец не смеет отказать мне в отпуске. Так что завтра можешь отправляться на работу. Или поиграть в гольф, если хочешь. Или что угодно. Я буду с Харри.
– Ты же знаешь, как я ненавижу гольф, – рассмеялся Торкель. – И коллеги на работе прекрасно справляются без меня. Просто мне хотелось выглядеть незаменимым в твоих глазах. Но отпуск – это прекрасно, так или иначе. Думаю, мы проведем это время вместе. Будем меняться, ночь через ночь? Каждый второй подгузник – мой. Ну а когда ты вернешься в отделение, я снова все возьму на себя. По рукам?
Юлия улыбнулась и завела машину. Снова встретилась с ним взглядом в зеркальце заднего вида.
– По рукам.
Мина прогуливалась по Роламбсховпаркену, чтобы собраться с мыслями. Конечно, ее бывший муж прав. Натали нужно время. К счастью, теперь этого добра хватает. Мысли вернулись к Винсенту. У Мины только один ребенок, а у него трое. Неужели так тяжело с каждым? Наверное. Такова жизнь настоящих родителей.
Винсент…
В отличие от прошлого раза, они даже не попрощались в отделении. «Увидимся» – это другое, особенно если без уточнения времени. Конечно, они увидятся на похоронах Педера, но это не в счет. Мина не допустит, чтобы это снова растянулось на двадцать месяцев. В конце концов, Винсент пожертвовал ногой ради Натали. Не говоря о том, что спас ей жизнь.
Наверное, это хоть в какой-то степени оправдывало ее звонок.
Мина достала телефон, но выбрать номер менталиста не успела. Ее внимание привлекла иконка с белым пламенем на красном фоне. «Тиндер». Она все-таки сделала это. Мина удивлялась каждый раз, когда ловила себя на том, что ведет себя как все нормальные люди. Следует правилам игры. Знакомится с мужчинами общепринятым способом. Ходит на свидания. Она рассмеялась. Если кто сомневался, что она может быть такой, как все, Мина их всех убедила. При этом никогда не думала, что сделает это снова…
Она долго удерживала палец на приложении, но так и не смогла его удалить. Убрала телефон и продолжила прогулку вдоль воды.
Последние два раза Мина была здесь с Винсентом. Первый раз зимой, и еще один всего несколько недель назад. Без Винсента парк казался малоинтересным. Менталисту, конечно, было бы что рассказать о психологическом эффекте перекинутых над газонами мостов или математическом соотношении их высоты с кривизной велосипедных дорожек.
Мина провела рукой по волосам. На этот раз она устояла перед искушением отрезать их, после того как выбралась из бункера. Достаточно сломанной ноги Винсента.
Того самого Винсента, которого она, пусть на короткое время, но считала мертвым. И до сих пор не простила ему этого. Он еще отхватит по полной за этот глупый трюк и шутку на скамейке в Кунстредгордене. Она еще не знает, как отомстит ему. Нужно будет составить список.
Мина полезла в карман и нащупала кусочек пластика. Проклятье. Она забыла отдать ему это. Заламинировала с помощью Мильды две травинки, которые Винсент нашел в Фатбурспаркене, светлую и темную. Поместила их рядом в небольшой пластиковый прямоугольник. Похоже на деталь «Лего».
Она хотела сделать ему подарок, в память о том, через что им пришлось пройти. Забыла… Хотя, возможно, это к лучшему. Иные раны не стоит бередить без необходимости. С другой стороны, трудно судить за Винсента, но для нее эти травинки были чем-то большим, чем напоминание об убийствах.
