Первым, что увидела Йессика, когда спустилась, был огонь. Жар выедал глаза, и на них выступили слезы. Горела прихожая, и дверь стояла полуоткрытой. Остался ли кто-нибудь в доме, кроме нее?
Через дверь она увидела конюшню, тоже объятую пламенем, и оттуда было слышно лошадиное ржание. Не раздумывая, Йессика бросилась сквозь огонь к входной двери. Пламя обожгло ее, но охватить не успело. С бьющимся сердцем девочка побежала через двор к конюшне.
Приблизившись, она узнала голос Звёздочки. Это была ее любимая лошадь – маленький бело-серый пятнистый пони с розовым носом. Йессика любила Звёздочку – даже больше, наверное, чем папу. Она видела, как Звёздочка появилась на свет, ее первые, неуверенные шаги. Кормила ее из бутылочки. И папа сказал, что Звёздочка – ее первая лошадь.
Звёздочка кричала громче других, как будто взвывала к своим небесным тезкам о помощи. Йессика различала ее голос среди других. Но конюшня была заперта. Они не могли выйти. Пламя взметнулось в ночное небо и лизнуло стену.
Со слезами на глазах Йессика попыталась дотянуться до засова. Крики Звёздочки разрывали ей сердце. Но засов был очень тяжел и проходил слишком высоко. Йессика так и не смогла сдвинуть его с места.
Она чувствовала, как жар приближается к ней с головокружительной скоростью, но не думала об этом. Сейчас Йессику волновала только судьба Звёздочки. Повернув к небу лицо, девочка закричала от беспомощности и страха, взмолилась как никогда раньше, но засов не сдвинулся ни на миллиметр.
Она почувствовала, как кто-то оторвал ее от двери.
– Нет! – закричала Йессика и замахала руками, пытаясь вырваться. Но тот, кто ее держал, оказался сильнее.
– Т-с-с-с… Тише. Поздно, их уже не спасти.
Отец. Это из его сильных рук она вырвалась. Кричала и била кулаками в его грудь, но он лишь крепче прижимал ее к себе. Наконец Йессика подняла голову. Жар ожег ей спину.
– Мама?
Только сейчас она оглянулась в сторону большого дома, уже полностью охваченного пламенем. Огонь ревел, заглушая все остальные звуки.
– Слишком поздно, – сказал отец. – Я проснулся слишком поздно. Но мы с тобой еще можем спастись.
Он прижался лицом к ее волосам, поднял Йессику на руки и побежал через двор. Силы сопротивляться больше не осталось. Руки отца – вот и все, что у нее теперь было. Остальное исчезло.
– Должно быть, несчастный случай, – бормотал он. – Они не хотели этого, только угрожали. Но они очень злы. Говорили, что их дети рассказывали… Не понимаю… Нет, нет, это несчастный случай.
Йессика видела, что отец сам не верит тому, что говорит.
Он осторожно посадил ее на пассажирское сиденье, но не пристегнул, а просто захлопнул дверцу, обежал машину и сел за руль.
На обочине дороги возникали силуэты людей. Пламя вырывало из темноты их лица, но сколько их, было трудно сказать. По мере приближения машины они будто растворялись, отступая в тень.
Но вот машина запрыгала на грунтовой дороге, и фары на какое-то время осветили группу людей. Йессика видела их ясно, как при свете дня. Они стояли, глядя с разинутыми ртами на созданный ими ад. Йессика знала их, потому что они забирали детей с уроков верховой езды.
В этот момент она все поняла. Это взрослые зажгли огонь, взметнувшийся высоко в небо за машиной. По школе ходили слухи, дети сплетничали об их семье. И по-настоящему пожар устроили они, дети, бесстыжими сплетнями и ложью. Фредрик, Ловиса, Жозефин, Мауро, Вендела, Хенри, Карин, Тобиас, Хьюго, Йенс, Янина – Йессика могла даже перечислить их всех по именам.
– Клянусь, – тихо пробормотала она.
И подумала о Звёздочке, сгоревшей в конюшне.
И о маме.
Внутри у Йессики тоже будто разгорался пожар.
– Клянусь, что и я когда-нибудь отниму у вас самое дорогое, – процедила она сквозь стиснутые зубы.
После чего снова посмотрела вперед.
Эта мысль немного успокоила ее. Теперь у Йессики была цель.
Папа никогда не ехал так быстро. Йессика открыла окно на своей стороне, подставила лицо ночному воздуху и прикрыла глаза. Теплый ветер ласкал кожу. Она все еще слышала рев огня далеко позади машины. Вскоре они подъехали к мосту. Йессике нравился этот мост и вода под ним. Иногда папа специально здесь останавливался, чтобы она могла посмотреть.
Ее зачаровывало, что вода делала что хотела – пробиралась, куда только могла, прыгала, жила. Совсем как огонь, только наоборот. Вода давала жизнь. Йессика надеялась, что и на этот раз они остановятся, но папа не сбавил скорости. Вместо этого поехал еще быстрее. Пока они не оказались уже не на мосту, а в воздухе, после чего ее уши наполнил рев воды. Но криков Звёздочки он не заглушил.
Йессика знала, что обречена слышать их до конца жизни…
На это указывалось неоднократно, не упустим случая подчеркнуть и на этот раз: книгу не напишешь ни в одиночку, ни тем более вдвоем. Мы в долгу перед большим количеством людей, которые помогли нам продолжить нашу серию.
Начнем с тех, кто помогал нам оставаться на высоте в части содержания.
