“Не могу вдолбить ему в голову, что на нас никак не отразится, будете вы с Трэвисом вместе или нет. Но он уже сто раз обжигался. Он не верит мне.”
Черт возьми, Шепли. Совсем не плавный переход. Я еще чуть-чуть приоткрыл дверь, но не настолько, чтобы видеть лицо Эбби.
“О чем ты, Мерик? Мы с Трэвисом не вместе. Мы просто друзья. Правда. Ты же слышала, о чем он говорил раньше… в этом смысле я его не интересую.”
Черт. С каждой минутой все хуже.
“Ты все слышала?” с удивлением в голосе спросила Америка.
“Ну да.”
“И поверила?”
Эбби пожала плечами.
“Не имеет значения. Этого никогда не случится. В любом случае, он говорил мне, что не рассматривает меня в этом смысле. К тому же у него фобия насчет отношений, и надо потрудиться, чтобы найти девушку, кроме нас с тобой, с которой он еще не переспал. И я не могу мириться с его перепадами настроения. Не верю, что Шеп думает иначе.”
Из-за ее слов у меня исчезла вся надежда. Я был просто раздавлен разочарованием.
В течение нескольких секунд боль была невыносимой, но потом я позволил гневу овладеть собой. Гнев всегда было легче контролировать.
“Потому что он не просто хорошо знает Трэвиса. Он разговаривал с ним, Эбби.”
“Что ты имеешь в виду?”
“Мерик!” позвал из спальни Шепли.
Америка вздохнула.
“Ты моя лучшая подруга. Иногда мне кажется, что я знаю тебя лучше, чем ты сама. Я вижу вас вместе, и единственная разница между нами с Шепли и вами с Трэвисом в том, что вы не занимаетесь сексом. А кроме этого? Никакой.”
“Разница есть. Огромная разница. Разве Шеп приводит домой разных девушек каждую ночь? Или ты идешь завтра на вечеринку, чтобы поразвлечься с парнем, на которого у тебя виды? Ты же знаешь, я не могу связываться с Трэвисом. Даже не понимаю, почему мы обсуждаем это.”
“Эбби, я ничего не понимаю. Ты проводишь с ним каждую секунду своего времени весь последний месяц. Признайся, что у тебя к нему чувства.”
Я не мог больше слышать ни единого слова.
“Брось это, Мерик,” сказал я.
Обе девушки вздрогнули от звука моего голоса. Глаза Эбби встретились с моими. Она не казалась смущенной или сожалеющей обо всем этом, и это разозлило меня еще больше. Я сунул шею, а она перерезала горло.
Прежде чем я сказал что-нибудь дерьмовое, я пошел к себе в комнату. Я посидел, но это не помогло. Не помогла ходьба, не помогли отжимания. Стены с каждой секундой давили на меня все больше и больше. Ярость кипела внутри меня, как химическое вещество, готовое взорваться в любой момент.
Единственным вариантом, чтобы разобраться в своих мыслях, было выйти из квартиры и попытаться расслабиться за парой рюмок. Ред. Я мог пойти в Ред. Ведь там работала Кэми.
Она могла подсказать мне, что делать. Она всегда знала, что сказать мне. По той же причине ее любил и Трентон.
Она была старшей сестрой трех парней, и не боялась, когда мы приходили выпустить пар.
Я надел футболку и джинсы, потом схватил очки, ключи от мотоцикла и куртку, сунул в ботинки ноги, и после этого пошел обратно в коридор.
Глаза Эбби расширились, когда она увидела из-за угла. Слава Богу, я был в очках. Я не хотел, чтобы она видела боль в моих глазах.
“Уходишь?” спросила она, садясь. “Куда ты?”
Я отказался принимать мольбу в ее голосе.
“Куда-нибудь.”
ДЕСЯТАЯ ГЛАВА
Сломанный
Кэми не потребовалось много времени, чтобы понять, что сегодня я не был хорошей компанией. Она поднесла мне пива, пока я сидел на моем обычном стуле в Реде. Цветные огни преследовали друг друга на потолке, и музыка играла достаточно громко, чтобы заглушить мои мысли.
Моя пачка красных “Мальборо” почти закончилась, но тяжело в груди было не из-за этого. Несколько девушек пришли и ушли, пытаясь завязать разговор, но я не мог оторвать свои глаза от полусожженной сигареты, зажатой между двумя пальцами.
Пепел был такой длинный, что должен был вот-вот упасть, так что я просто смотрел, как остатки сигареты мерцали на газете, и старался не думать о тех вещах, мысли о которых музыка заглушить не могла.
Когда толпа в баре разбавилась, и Кэми перестала носиться со скоростью тысячи километров в час, она поставила передо мной пустую рюмку и наполнила ее до краев Джим Бимом.
Я схватил рюмку, но Кэми накрыла мой черный кожаный браслет своими татуированными пальцами, на которых, если держать вместе кулаки, было написано “baby doll”.
“Хорошо, Трев. Рассказывай.”
“Что рассказывать?” спросил я, делая слабую попытку увернуться.
Она покачала головой.
“Это из-за девушки?”
Стекло коснулось моих губ, и я запрокинул голову назад, позволяя жидкости обжечь мое горло.
“Какой девушки?”
Кэми закатила глаза.
“Какой девушки. Ты серьезно? Забыл с кем разговариваешь?”
“Все в порядке, в порядке. Это Голубка.”
“Голубка? Ты шутишь!”
Я рассмеялся.
“Эбби. Она Голубка. Демоническая Голубка, насилующая мою голову так сильно, что я не могу нормально думать. Ничто больше не имеет смысла, Кэм. Каждое правило, которое я когда-либо устанавливал, нарушилось, одно за другим. Я - киска. Нет… хуже. Я - Шеп.”
Кэми рассмеялась.
“Будь добрее.”
“Ты права. Шепли хороший парень.”
“Будь добрее и к себе тоже,” сказала она, бросив тряпку на стойку, и начав вытирать ее по кругу.
