Хоккей живет атакой полностью

Даже моим партнерам надоело смотреть, как я мучаюсь. Они уже стали отдавать мне шайбу прямо против пустых ворот. А я позорно, как новичок, мазал. Харламов не выдержал, в сердцах сказал мне: «Да забьешь ты ее, наконец, или нет?» В ответ я только пожимал плечами, не зная, что ответить. Играем с московским «Динамо» — 7:4 в нашу пользу. Петров забивает, а я нет. Играем в Москве с «Соколом»— 6:2. Харламов забивает две шайбы, причем одну с моей подачи, а я нет.

И вот, наконец, 11 октября 1979 года встречаемся мы в Риге с местным «Динамо». И на седьмой минуте Володя Петров дает мне такой пас, ну просто конфетка. А у меня мандраж. Ткнул я шайбу, и она очутилась в воротах. Словно гора с плеч свалилась!

И всякое «колдовство» тут же с меня слетело. Забытыми оказались все страхи, я опять стал самим собой. И словно в подтверждение этого забил рижанам еще один гол.

А потом все вернулось в свою колею. Голы стали даваться, как всегда, буднично и обычно. Позади остался еще один рубеж — рекорд Старшинова в чемпионатах—404 шайбы. За сезон я забросил свою привычную норму голов. И перед уходом из хоккея довел их общее количество до 427.

Меня часто спрашивают, а сколько всего заброшенных шайб на моем счету? Долгое время дать какой-либо ответ я не мог, поскольку, как уже говорил, голов своих не считал. Но вот однажды за такие подсчеты взялся хоккейный обозреватель ТАСС Владимир Дворцов. Ему пришлось поднять протоколы всех игр с моим участием в саратовской «Энергии», московском «Локомотиве», в ЦСКА, в сборных Москвы и СССР (первой и второй), в самых различных турнирах— первенстве страны и розыгрыше Кубка СССР, различных всесоюзных и международных состязаниях, чемпионатах мира, Олимпийских играх, встречах с профессионалами, розыгрыше Кубка европейских чемпионов и Спартакиад дружественных армий, товарищеских матчах с зарубежными командами. И конечная цифра у него приблизилась к 950. Правда, как он говорил, осталось еще несколько «белых» пятен. Так что, возможно, голов и больше.

Но дело не в этом. И разговор о забитых мной шайбах я начал не ради самолюбования, дескать, смотрите, какой я удалой. А по другой причине. Меня удивляет то восхищение, которое порой высказывают болельщики в адрес Г. Хоу, Б. Халла, Ф. Эспозито по поводу того, что они забили более тысячи голов. При этом говорят: вот, мол, в Канаде умеют забивать голы, а у нас нет. Слов нет, и Хоу, и Халл, и Эспозито игроки классные, настоящие мастера. Но ведь если спокойно разобраться, откуда у профессионалов берутся такие цифры, то мы убедимся, что наши бомбардиры ничуть не уступают им в результативности.

В розыгрыше чемпионата НХЛ профессиональные хоккеисты проводят ежегодно по 80 матчей. Да еще несколько в Кубке Стэнли (при успешной игре —от 10 до 15 матчей). И показателем экстра-класса у них считается, когда хоккеист забрасывает 50 шайб. Мы же проводим в чемпионатах страны матчей почти в два раза меньше (только в сезоне 1980—1981 годов благодаря новой системе розыгрыша оказалось по 49 встреч). А забиваем? Приведу для примера данные лучших бомбардиров предыдущего сезона. Тогда в 44 матчах 34 шайбы забросил Виктор Шалимов, 31 —Николай Дроздецкий, по 30 —Владимир Крутов и Михаил Варнаков, по 29 —Сергей Макаров и Александр Голиков. Чуть меньше на счету еще целого ряда хоккеистов. Нетрудно разделить количество забитых голов на количество матчей, чтобы подсчитать среднюю результативность лучших канадских и советских бомбардиров. В целом она у нас повыше.

А вот средняя продолжительность игры в хоккей у канадцев больше. Тот же Хоу играл почти до 50 лет, Халл перешагнул сорокалетний рубеж, а Фил Эспозито закончил играть в 38. Что правда, то правда, здесь мы от профессионалов отстаем. Но именно поэтому лучшие из них и достигают тысячного рубежа, а не по какой-то другой причине.

Ну, а теперь о самом памятном для меня матче. К сожалению, к числу приятных воспоминаний я его не отношу. Мы эту встречу проиграли. Я имею в виду поединок на Олимпийских играх в Лейк-Плесиде сборных команд СССР и США. Уступив со счетом 3:4, мы уступили американцам и золотые медали. В чем же причина того обидного и досадного поражения? Кто виноват в нем?

Говорят, после драки кулаками не машут. И все- таки мне думается, что виноваты в том проигрыше мы все — и игроки, и тренеры. Перед началом Олимпиады мы провели в Нью-Йорке товарищеский матч со сборной США, в котором добились легкой победы— 10:3. И именно после нее в наши головы закралась предательская мысль: если уж доведется во время Олимпиады встретиться с американцами, то это для нас не соперники. Десять не десять, а уж пять-то шайб мы им забьем. И даже ничья сборной США со шведами в предварительном турнире — 2:2, а затем победа над чехословацкими хоккеистами — 7:3, нас не насторожили.