– Кортни, не надо геройствовать, ладно? – Его большой палец коснулся обнаженного участка кожи на моей шее, и мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не податься вперед и не прижаться к его губам. – Сезон кончился, в баре станет спокойнее, так что я могу дать тебе выходной.
Не вникая в его слова, я просто рассматривала лицо Хантера, за эти дни еще больше заросшее щетиной. Его полные губы, темные глаза, такие внимательные, сосредоточенные, они как омут утягивали меня туда, где, как мне казалось, я не хотела быть. Между его бровей залегла складка, выдавая озабоченность, и я все-таки не выдержала. Положив ладонь ему на щеку и ощутив легкое покалывание на коже, я привстала и оказалась в опасной близости от губ Хантера.
– Ладно, – едва слышно выдохнула я, прикусив губу.
– Ладно?
– Я возьму выходной, но не сегодня. – Я мотнула головой. – Для начала мне надо понять, как я еще могу провести его, если не собираюсь идти на медведя.
Хантер коротко хохотнул, и его теплое дыхание коснулось моей кожи, а следом за этим я почувствовал неуверенное прикосновение губ. Воздух застрял в легких, но я подалась вперед, прижимаясь к Хантеру всем телом. Мне показалось, что он облегченно выдохнул, а потом его ладонь легла мне на шею, большим пальцем приподнимая подбородок.
Хантер целовал меня так, словно боялся спугнуть. Его прикосновения были осторожными, мягкими. Он давал мне возможность передумать и отступить, но вместо этого я обвила его шею руками и запуталась пальцами в мягких завитках волос. Поцелуй был полон нежности и обещаний…
Где-то что-то упало, и я так резко отшатнулась, что ударилась бедром о стул. Прижав ладонь к губам, я посмотрела на Хантера, ожидая увидеть на его лице сожаление, но его там не было. Волосы, растрепанные моей ладонью, торчали во все стороны, губы припухли, но Хантер был совершенно спокоен, и только его широкая улыбка говорила о том, что этот поцелуй мне не привиделся.
– Прости. – Я попыталась отвернуться, но Хантер поймал меня за руку.
– Даже не думай. – Он шагнул ко мне, прижимая меня спиной к столешнице. – Это не то, за что стоит извиняться, Кортни.
Его большой палец очертил мою нижнюю губу, а я вцепилась в край стола.
Грохот повторился, и Хантер все-таки отошел от меня.
– Я пойду проверю. – Он махнул рукой в сторону двери, и я кивнула. – Надеюсь, Ларри не разобрал дом, – со смешком добавил Хантер, выходя из кухни.
Пока он шел к двери, я смотрела на его спину, думая о том, как раньше не замечала, какие у него широкие плечи. Или замечала, но не хотела думать об этом…
Когда я осталась одна, воздух снова начал попадать в легкие. Мне казалось, я пробежала больше сотни футов, так тяжело мне было дышать. Я прижала ладони к пылающим щекам и опустилась на стул, уставившись на чашку с давно остывшим кофе. Две минуты назад моя жизнь стала в разы сложнее, но отрицать очевидное я больше не могла: нас с Хантером слишком сильно тянуло друг к другу.
Спустя полчаса Хантер, наконец, ушел в бар. Я хотела сбежать к себе в комнату и переждать там, пока он не уйдет, но решила, что это будет слишком трусливо. В конце концов, никакой катастрофы не произошло. Это был всего лишь поцелуй, всего один поцелуй, который может совсем ничего не значить.
Я смотрела в окно и пыталась хоть как-то собрать свои разбегающиеся мысли, но ничего не выходило.
– Кортни, пойдем играть. – Невилл подергал меня за рукав свитера, отрывая от созерцания заснеженных улиц Фэрбенкса.
Глядя на белый город, я размышляла о том, могла ли остаться здесь. Остаться ради Хантера и отказаться ради него от своей мечты. Ответ не приходил. Думать об этом, все еще чувствуя на шее прикосновение Хантера, было невыносимо. В тот момент, когда он поцеловал меня, я готова была совсем отказаться даже от музыки, но затем Хантер разжал свои объятия, и все стало как прежде – мои мечты слишком много значили для меня, чтобы забыть про них и все свои усилия на пути к ним ради парня, которого я знала каких-то несколько недель.
– Кортни. – Невилл продолжал настойчиво меня дергать, и я присела перед ним на корточки. – Я хочу играть, – поджав губы, недовольно пробормотала маленькая кудрявая копия Хантера.
Я не могла смотреть на Невилла и не видеть в нем его отца, и это тоже никак не облегчало возникшую между нами ситуацию.
– Во что?
– Не знаю. – Невилл пожал плечами. – В лего или в супергероев.
Кроме пряток, у Невилла была еще одна страсть – «Марвел». Лего по мотивам Железного человека, костюм Капитана Америки, постеры Человека-паука, не говоря уже о футболках и другой одежде, которая так или иначе имела отношение к вселенной Марвел.
– Сейчас пойдем, – ласково погладила я Невилла по голове.
