— Так точно, — подтвердил Валерий Васильевич, мысленно потирая ладоши от тог, что пока беседа проходит в нужном для него ключе. — И что из этого? Дом большой, разместимся как-нибудь. В чем проблема-то?
— О, Господи! — голос на том конце становился все заполошней. — Я же всё понимаю! Не дурочка! И без подсказок догадываюсь, насколько этот визит важен для страны, для нас, для тебя самого, в конце концов.
— В общем, да, — не стал он возражать своей любимице.
— Петя мне сказал, что такая форма визита подразумевает под собой организацию и прием гостей исключительно силами своих домочадцев. Якобы готовить еду и угощать гостей должны ближайшие родственники главы принимающей стороны! То есть готовить еду, подавать на стол и все такое прочее, должна буду я! — в ее голосе уже сквозили панические нотки.
— Боишься не управиться? — вовсю наслаждался Афанасьев отчаянием дочурки.
Он беззастенчиво улыбался, и его улыбка передалась Веронике, которая растопырила свои уши на манер РЛС «Красуха-4», разве, что не шевелила ими для лучшей настройки.
— Какое, там боишься?! — взяла Настя верхнюю октаву. — Я вообще не представляю, что и как делать! Ты это понимаешь или нет?! Я даже простую-то пищу не умею готовить, как следует, не то, что там всяческие восточные изыски! — продолжала она голосить.
— И чего ты кричишь? — продолжал отец тонко издеваться над любимой дочуркой. — Дело, конечно, приобретает скверный оборот. У тебя есть какие-либо дельные предложения, помимо истерических воплей?
— Даже не знаю, — призналась она в своей беспомощности. — Я ходила к дяде Саше — нашему местному шеф-повару, но он только руками разводит. Говорит, что, во-первых, сам не силен в рецептуре восточных яств.
— А во-вторых? — перебил Афанасьев ее не слишком ласково.
— А во-вторых, все равно всё я должна делать своими руками, иначе обида будет неимоверная. К тому же надо соблюдать еще определенный этикет, о котором я понятия не имею. Они с Петей об этом в один голос твердят! Папа, я, правда, не знаю, что делать! Может быть, ты сумеешь как-то выкрутиться?! Посоветуй, а?!
— Ну-у, как сказать? — начал он протяжно. — Имеется тут один вариант, правда, не знаю, как он тебе подойдет…
— Я согласна! — без запинки выпалила она. Говори, что надо делать?
— Есть у меня один специалист в этом деле.
— Кто? Давай его немедленно пригласим, хотя бы для консультаций!
— Вероника мне как-то говорила, что восточная кухня и связанный с ней этикет — её конек. Она вроде бы даже диплом защищала именно по индийской кухне, подвел Афанасьев диалог с дочерью к моменту кульминации.
— Ой, правда?! — не скрывая радости, вскрикнула Настя. — Папулечка, миленький, поговори с ней, пожалуйста. Попроси ее помочь нам.
— Э-э-э, нет, доча! — решительно отмежевался он от этой идеи. — Не буду я ни о чем с ней говорить. Да и не согласится она.
— Но, почему?! — искренне удивилась Настя.
— Как это, почему? — продолжал закручивать гайки Афанасьев. — А ты вспомни, как вы с ней в прошлый раз расстались? Ты ведь даже не захотела попрощаться с ней по-людски, сославшись на какие-то там свои дела, да и за столом вела себя, крайне вызывающе. Поэтому, максимум, на что ты можешь рассчитывать в сложившейся ситуации, так это на взаимность с её стороны.
— Пап, ну ты же знаешь, из-за чего все так сложилось! У меня и так нервы с этой школой совсем разболтались, а тут еще Петя вылез со своими поцелуями и ужимками. Тоже мне, нашел время! Я и сама понимаю, что была немного неправа.
— А раз понимаешь, то тогда тебе и карты в руки! Сама с ней и поговори. Она девчонка незлопамятная, авось и отошла уже.
— Может, все-таки, ты, а? — замялась дочь.
— Настька! — прикрикнул он на нее. — Не коси под несознательного подростка! Ишь ты, моду взяла прятаться за отцовской спиной?!
— Ну, ладно-ладно, — скуксилась она сразу. — Она далеко там?
— На кухне, — не моргнув глазом соврал он, а Вероника прикрыла свой рот обеими ладошками, чтобы не выдать себя смехом.
— Позови её, попробую с ней сама поговорить, — смиренно произнесла Настя, даже не подозревая, какой душевный подъем вселила в сердце своего отца.
— Вероника! — громко позвал он сидящую на низком старте сообщницу.
Она быстро сообразила, что надо делать, поэтому тихонько отбежав в прихожую, отозвалась оттуда:
— Что случилось?
— Тут с тобой хотят поговорить, — сунул он ей в руку трубку мобильного коммуникатора.
— Кто?! — состряпала она на лице удивленно-испуганное выражение.
— Сама все узнаешь, — с деланным безразличием ответил он ей.
— Ало, я вас слушаю, — произнесла она, втайне ликуя от скорой победы над неопределенностью.
— Вероника? Здравствуйте. Это Настя…
— А-а-а, Настенька! Здравствуйте-здравствуйте! Очень рада вас слышать! — сразу защебетала она в трубку, так, как будто черная кошка никогда между ними не пробегала.
Обе женщины, как-то позабыли, что еще совсем недавно уговорились перейти на «ты».
— Вы уж простите меня, что я звоню так поздно…
— Ничего-ничего! — сразу перебила ее Керженцева. — И совсем не поздно. Мы недавно ужинали и я вот, только-только со стола убрала.
