Она поняла, что ее лицо выдавало гнев и обиду. Впрочем, разве ей когда-нибудь удавалось скрыть что-то от Уилла? А его предательство… едва ли он мог бы обидеть ее сильнее. У Майи закружилась голова, пришлось ухватиться за лестничную балясину, чтобы не упасть. В какой-то момент между тем, когда заснула в его объятиях, и тем, когда проснулась одна, она потеряла его. Точнее, он ее бросил. Собрался уехать, будто ни эта неделя, ни эта ночь ничего не значили. Она попыталась вздохнуть, посмотреть ему в глаза.
– Но ты уезжаешь.
– Я должен.
Майя хотела возразить, но не смогла подобрать слов. Все гораздо хуже, чем можно себе представить. Она позволила ему проникнуть в свое сердце, и теперь он разрывал его на части. Оно горело, словно обожженное кислотой, и это жжение, вырываясь из груди, заполняло ее существо до последнего атома. Даже если бы Майя знала, что сказать, не смогла бы произнести ни слова, ее душило горе.
В конце концов ей удалось выдавить одно-единственное слово:
– Объясни.
– Майя, мне некогда объяснять. – Его плечи напряженно приподнялись, глаза непрерывно метались между ней, входной дверью и часами на стене. – Только что звонили из больницы. Туда привезли Нейла. У него боли в груди. Я должен ехать. Сейчас же.
Ком в горле мгновенно исчез, уступив частому неровному дыханию, все ее существо наполнилось сочувствием. Это не то, чего она боялась. Уилл просто спешил и нуждался в ее поддержке.
– О, Уилл, прости меня. Дай мне пару минут, я сейчас что-нибудь накину и поеду с тобой.
– Нет.
– Клянусь, я тебя не задержу. Через три минуты мы будем в машине. Я только возьму какие-нибудь джинсы и…
– Майя, я сказал «нет».
Она запнулась и тяжело опустилась на ступеньку. Его жестокость поражала, Майя чуть не заплакала.
– Я уезжаю прямо сейчас и не хочу, чтобы ты ехала со мной.
Она старалась не терять надежду, напоминая себе о том, какие новости он получил. Уилл просто переволновался и не сдержался. Надо помочь ему пережить все это. Протянув руку, Майя нежно коснулась его плеча.
– Я понимаю, ты волнуешься. Но все будет хорошо. Ты справишься, что бы ни случилось. Мы справимся с этим вместе.
– Нет! – Он бросил это ей в лицо, и она съежилась, как от удара.
– Уилл, я люблю тебя и хочу помочь. Скажи, что мне сделать?
Он подошел к двери и вдруг бросил на нее взгляд через плечо.
– Мне очень жаль, Майя, это была ошибка.
И она поняла, что он ее бросил. Когда дверь за ним закрылась, Майя прислонилась спиной к лестничному столбу и медленно сползла на пол. Горе затуманило глаза, она крепко обхватила себя руками, пытаясь сдержаться и понять, что произошло, почему все кончилось именно так. С первой минуты, когда Уилл Томас вошел в свой кабинет, она точно знала, чем закончится, если не быть начеку. Хотелось накричать на женщину, которой она была неделю назад. Обругать, сказать, чтобы не позволяла проникнуть ни в свой дом, ни в свою душу. Он ушел, не оглянувшись назад, она осталась одна с разбитым сердцем. Он говорил, что любит ее, обещал остаться. Масштаб его предательства был так велик, что у Майи перехватило дыхание. Она была готова отдать ему всю себя, а когда сказала, что любит его, он отмахнулся, будто это ничего не значит. Будто она ничего не значит.
Теперь Майя усвоила этот урок. Это последний раз, когда она позволила кому-то третировать себя, вытирать об нее ноги, использовать. Уилл твердил, что она должна уметь за себя постоять. Усилием воли Майя превратила сердечную боль в холодную злость, отчаяние сменилось решимостью. Хватит. Кончено.
Уилл поднял руки и потянулся, надеясь, что это успокоит боль в сердце. На кровати, опутанной проводами и трубками, лежал Нейл и хрипло дышал во сне. Так продолжалось с самого утра, когда Уилл сюда приехал. Глядя на Нейла, он испытывал смешанное чувство облегчения и надежды, но его радовало, что Нейл должен поправиться. С самого первого момента, когда переступил порог больницы, Уилл ощутил дежавю. Спертый воздух, запах антисептика, облезлая краска на стенах. Казалось, ничего не изменилось с тех пор, как пятнадцать лет назад здесь умерла Джулия. Шагая по коридорам, он сжал кулаки, стараясь справиться с адреналином, от которого сердце пустилось в галоп, а руки и ног нервно подергивались.
