– В этом-то все и дело. Утром следующего дня, на Имболк, я рассказал Вихану про эту записку, про то, что Оверет назначил убийце встречу у старой мельницы на закате. Эх, лучше б я держал язык за зубами! – сокрушенно воскликнул Эсгис. – Но я же не знал, что Вихану взбредет в голову самому идти туда, раньше меня. То есть предполагал, но… Вихан начал мне рассказывать, что нужно прийти заранее, разведать обстановку, подыскать укрытие. Я ответил ему тогда, чтобы он не лез не в свое дело и не вздумал что-либо предпринимать, не посоветовавшись со мной. Но он, видимо, все же не послушал меня и сам пошел на старую мельницу.
– Когда я заметил, что Вихана нет среди людей на горсете, – помолчав, продолжил Эсгис, – я поспешил на мельницу. Пришел я туда незадолго до заката. Не доходя немного до Коровьего ручья, я погасил факел, на всякий случай переложил нож поближе, за пазуху, и осторожно подошел к заброшенной мельнице. Меня не покидало ощущение, что кто-то следит за мной из темноты. Вокруг было тихо, если не считать плеска воды да редкого утиного кряканья вдалеке. Так я прождал довольно долго. Никто не появлялся. Тогда я пошел обратно Долиной Туманов.
– И что было дальше? – спросил Ивар.
– Спускаясь по тропе к Старому Тису, я увидел слабый огонь у дерева. Это оказался полупогасший факел. Рядом с ним на земле лежала полоска пергамента. Я поднял и прочитал ее. Это была та самая записка, что я оставил в тайнике днем ранее. Та, в которой Оверет назначал встречу убийце у старой мельницы. Я положил ее в карман.
Эсгис отпил немного воды из кувшина, затем через силу продолжил:
– После этого я услышал слабый стон за спиной. Я взял догорающий факел и посветил вокруг. И увидел Оверета, лежащего на спине в какой-то искореженной позе. Я бросился к нему. Он еще дышал, но был уже без сознания. Кругом на камнях была кровь. Я поднял его голову и увидел, что она разбита. Я испугался и растерялся, не знал, что делать. Я начал трясти его, пытаясь вернуть в чувство. Потом появились вы. Я не знаю, зачем я кинулся бежать, я ничего не соображал в тот момент, – от волнения шрам на лбу Эсгиса вздулся и побагровел, две крохотные капли крови выступили из-под него над переносицей.
Дерог и Ивар молчали, обдумывая сказанное. Наконец, Ивар спросил:
– Если не ты убил брата, то кто мог писать эти записки и кто мог быть тем убийцей, которому якобы заплатил деньги Оверет?
– Я не знаю, – растерянно ответил Эсгис. – Я чувствую себя мошкой, попавшей в чьи-то коварные и беспощадные тенета. И чем больше я пытаюсь из них выбраться, тем сильнее они опутывают меня.
Когда Дерог и Ивар вышли из мрачного хлева в прохладу звездного вечера, на улице их уже ждали Фариер и Хейни. Последний, присмиревший и печальный, зябко переминался с ноги на ногу.
Сначала Дерог поднялся в дом старосты обсудить рассказ Эсгиса. Было решено не связывать его, как в прошлую ночь. Однако на всякий случай Гервин все же послал за Арводом, чтобы тот посторожил хлев еще одну ночь. Испытание Омфалом решили провести завтра до полудня.
После этого все четверо отправились в корчму. Сколько ни намекал Хейни филиду на стакан-другой вина, ему пришлось довольствоваться лишь миской фасолевого супа. Дерог сразу же перешел к делу:
– Нам нужно знать, Хейни, о чем ты говорил с Виханом в корчме вечером накануне Имболка. О какой записке и о каком дупле вы с ним говорили?
– Да, Фариер рассказал мне уже. Вот, значит, как, в целом, было дело… Сижу я здесь, во-он за тем столом, и тут заходит Вихан. Я по его лицу сразу понял, что что-то тяготит его. Подсел я к нему, угостил кружкой пива. Потом еще по одной выпили. "Вижу же", говорю я ему, "что груз на душе твоей; отчего ж не облегчить ее, не поделиться со старым Хейни?" "Не могу", отвечает он, "секрет это, я Эсгису слово дал". "Уж не про Оверета ли секрет твой?" брякнул я наугад. Да и несложно там угадать было. А Вихан аж подпрыгнул: откуда, мол, я знаю. А чего там знать-то? Вон как они тогда на ярмарке сцепились из-за кота этого. Мы в тот вечер с Киврисом сидели здесь, выпивали степенно. А потом Оверет пришел после "скачек под конем", грязный весь, злющий. Он у меня за спиной сел, разговаривал там с кем-то. Я не вслушивался особо, мне Киврис как раз рассказывал про драку Оверета с Эсгисом. Он-то с ним рядом стоял, все видел – как я вас сейчас, не видел только, кто кота выпустил. Так, стало быть… И тут слышу я, как Оверет за моей спиной и говорит, мол, вот бы мне избавиться от братца моего, достал меня хуже занозы в заднице. Ну, не дословно, но как-то так сказал.
– И ты рассказал потом об этом Вихану? – спросил Ивар.
– Честно сказать, не помню: может, и сказал, – задумался Хейни. – Да он мне сам потом поведал, что Оверет якобы замыслил изжить братца со света. Про какую-то записку рассказывал, про наемных убийц и прочую чепуху. Вихан же известный любитель небылиц был. Да какие тут у нас на Эллане наемные убийцы? – мелким смехом зашелся Хейни.
– Так что именно он тебе рассказывал? – прервал его смех Дерог.
