Прекратить, прекратить, прекратить! Day 25, ещё одна неделя. И ведь она сразу ему ответила.
Окно с пёстрой креповой розеткой. Он взялся за ручку двери. Зачем он сюда припёрся? Только теперь, когда было слишком поздно, он понял, что и сам этого не знал. Он стоял на том же месте, что и тогда с грамотой и конфетами, только на этот раз с пустыми руками. Сначала он прятался за клиентами — женщиной с округлой спиной и строгим птичьим лицом и усатым мужчиной. Что ему здесь надо? Заказать что-нибудь? Например, нормальные ботинки? Он не хотел признаться себе, что на самом деле искал Артёма, раз в последнее время не встречал его на утренней прогулке.
Наталья, одна на посту, с волосами, собранными в свободный пучок, заметила его. Побледнев, она пробормотала приветствие, а может, и молитву, ограждающую от духов, терзающих на рабочем месте.
— Сюрприз! Я всё ещё здесь. С ума сойти, правда? — начал он, слегка склоняясь над изогнутым столом. А когда собрался поднять голову, то запутался взглядом в её декольте. — Да, сумасшедшая история, — добавил он.
Усач сбежал, женщина уселась на диван под плакат «Фенглер» и принялась разглядывать коллекцию «Summer Feelings».[70]
— Сумасшедшая? О. Что случилось?
— Ах, Наталья. Долгая история. Я так рад, так рад, что я здесь. Пожалуйста, не удивляйся.
— Всё хорошо?
— О да! О да, очень хорошо. Просто решил заглянуть, как вы тут. В вашем офисе.
Его взгляд так и не отрывался от двух мягких белых полушарий, прижавшихся друг к другу в вырезе тесной, усеянной стразами майке в обрамлении чёрных лацканов пиджака.
— Хорошо. В офисе хорошо, — ответила Наталья, покраснев и поджав плечи. Блейель заметил это движение, и ему удалось отвести взгляд, но сдержать замечание «Ты ошеломительная, Наталья, ошеломительная» он так и не смог. Она неуверенно улыбнулась.
— Summer Feelings, — продолжил ошеломлённый и кивнул на даму, листающую каталог, — эта коллекция уже распродана. С середины июля. Я на всякий случай говорю, чтобы не было разочарований. Сейчас в программе Autumn Dreams. То бишь осенние мечты.
— Фенглер, — тихо произнесла Наталья.
— Фенглер, — кивнул Блейель. Они замолчали, и он снова уставился на её грудь. Вон отсюда, сказал он сам себе. Но не мог пошевелиться. Так что он спросил, как поживает её семья, снова услышал тихое «гут», вдруг сдвинулся с места, проковылял ещё ближе к письменному столу, вытянул руки — ему вдруг захотелось её обнять. Она испуганно пискнула и стукнулась спинкой стула о стену.
— Криво висит, — он показал на грамоту, висящую сверху, от старикана, не ту, в пластиковой рамке. —
Он был не в себе. Звонок Ильки, новость Ак Торгу, теперь натальина грудь. Новая жизнь круто взялась за Матиаса Блейеля. Шаги, пороги. Всё очень важно, и хоть бы всё сложилось так, как надо. Главное, не запутаться. В такой момент, на этой стадии. Несомненно, воскресенье лучше всего провести в розовой клетке, и не только из-за сбитых ног. Поучить русские слова. Успокоиться. Он зашёл в магазин и запасся водой и соком, чипсами, серым хлебом, взял два пакетика сухофруктов, шоколада, жареного цыпленка. Бутылку водки со знакомой этикеткой. Пять озёр, прочёл он по-русски.
