— Тогда пойдем? — грациозно вылез он из машины, чтобы успеть открыть своей принцессе дверь, а заодно поскорее заткнуть столь некстати проснувшееся любопытство относительно всего происходящего в доме.
Елена привычно сжала пальцы на его ладони, выбираясь на улицу, зябко поежилась от противной влажности воздуха и нехотя поплелась к входным дверям пансиона.
— Ты какая-то грустная, — на ходу зацепился мужчина за практически полное отсутствие у нее хорошего настроения. Конечно, о причинах подобной печали несложно было догадаться, однако куда приятнее услышать их формулировку от самой девушки.
— Если только совсем немного, — попыталась отвертеться она от честного ответа, испуганно замирая на первой ступеньке. — Как мне вести себя со Стефаном? — неожиданно сорвался с языка терзающий сердце вопрос.
— То есть? — мгновенно нахмурился юноша, чувствуя разливающуюся по телу злость пополам с ревностью. Неужели все осталось по-прежнему, а все ее слова были не более чем вынужденным утешением собственной персоны?
— Нет-нет, подожди, — торопливо затараторила блондинка. — Я не о каких-то чувствах говорю сейчас. У меня есть только ты, и люблю я исключительно тебя, — уверенно заявила она, упрямо заглядывая в разом поблекшие черные глаза. — Сейчас меня волнует другое: как вообще себя вести? Разговаривать ли, хоть это и перестало у нас получаться? Или делать вид, что не замечаю его в принципе? Как ты хочешь?
— Я? — растерялся Дамон, ни на секунду не поверивший своим ушам.
— Любимый, а кто еще? — снисходительно улыбнулась девушка. — Я не хочу больше делать тебе больно. Никогда. И заставлять ревновать тоже. Только не к нему, — многозначительно добавила она, четко давая понять, что на самом деле вовсе не прочь подкинуть ему пару поводов для шекспировской ревности, потому как очень любит эту сторону его характера.
Вампир задумался на минуту, взвешивая все шансы использования столь радушного предложения в свою пользу, а затем мысленно скривился от отвращения.
— Просто будь собой, — произнес он, мимоходом распахивая перед девушкой дверь.
Елена согласно кивнула и прижалась щекой к его плечу в приступе вполне мотивированной благодарности. Все-таки ей достался самый лучший в мире мужчина!
Едва переступив порог гостиной, оба замерли от удивления. На диване перед включенным телевизором мирно спала незнакомая девушка, лицо которой было практически полностью закрыто густыми, слегка вьющимися светлыми волосами. Хотя спящую вряд ли можно было назвать молодой особой — скорее уж недавно вошедшим в подростковый период ребенком, настолько детской казалась фигурка лежащей.
— Забавно, — надменно фыркнул мужчина, поднимая голову вверх. — Помнится, кто-то читал мне нотации о недопустимости подобного поведения. Вот же лицемер!
Последнее восклицание получилось достаточно громким, отчего мерно дышащая Кэтти тут же открыла немного затуманенные сладким сном глаза, быстро сфокусировала взгляд на только что вошедших в дом, и резко приняла сидячее положение.
— Ой, — тихо вскрикнула она, отмечая про себя поразившую воображение красоту вампира. Кажется, нетрудно догадаться, кто стоит в дверном проеме. Уж слишком он похож на своих брата с сестрой. — Дамон, да?
Тот не ответил, без труда отыскивая ладонь любимой девушки, которую тут же крепко сжал в собственной. Ему очень не понравилось как наличие в доме посторонней девицы, так и ее осведомленность относительно его персоны.
Гилберт же тихо зеленела от негодования ровно до того момента, пока не встретилась взорами с новой постоялицей пансиона.
— Кэтти? — "выпучила" она глаза от удивления, с легкостью узнавая гостью. — Кэтти Саммерс? Ты же вроде замуж вышла в Калифорнии!
— ЕЛЕНА? — почти что синхронно с ней завопила девушка. — Елена Гилберт? Ты же умерла! Уже больше года назад, — чуть более спокойно добавила она, без труда узнавая одну из самых знаменитых старшеклассниц школы имени Роберта Ли.
Встреча старых знакомых получилась довольно своеобразной, как показалось Дамону. Обе безошибочно "вычислили" друг друга, вот только потрясающих подробностей о личной жизни не смогли назвать достаточное количество. Однако умиляться ему было вовсе некогда, как и участвовать в мучительном переглядывании блондинок. Быстро стерев из воспоминаний подружки Стефана (а кем, спрашивается, она еще могла быть?) любое упоминание о смерти Елены, он потащил девушку наверх, где собирался сначала оторвать голову младшему Сальваторе, а затем и своей приятельнице.
— Что…что происходит? — силилась девушка "въехать" в ситуацию.
— Стеф развлекается, — отделался он туманным ответом, с особой злостью хватаясь за ручку двери. Жаль, что внушительный запас кольев он оставил в машине.
