— И как он тебя терпит?! — брезгливо оттолкнул мужчина ласкающую ладонь и поскорее отвернулся, в надежде прекратить этот бессловесный диалог взглядов. Ему не нравилось в первую очередь то, как больно сжималось сердце при встрече с небесно-голубыми глазами. Ему вообще все не нравилось, потому как эта девчонка слишком похожа на Нее. Чрезвычайно. И дело отнюдь не во внешности. Манера двигаться, улыбаться и щуриться, от чего по щеках появлялись безукоризненные ямочки, резкая смена настроений, переход из одного эмоционального состояния в другое…Секунду назад она боялась его до потери пульса, а сейчас увлеченно рассматривает и сравнивает, сравнивает, сравнивает! Он ненавидел это! Никто не смел ставить его на одном уровне с другим Дамоном! Никто!
— В машину, — коротко скомандовал парень, не решаясь воспользоваться при этом Силой. Не хотелось подвергнуть себя еще большему риску, когда доведется коснуться ее сознания. Очередного пункта ее схожести с матерью без предварительной подготовки он не выдержит. А ясная голова ему сейчас была просто необходима. — И поживее.
Елена сочла за благо послушаться, переставляя ноги на автопилоте. В душе медленно и верно закипало негодование пополам с дичайшей ревностью. Неужели он знал? И ничего ей не говорил о наличии ребенка?! Хотя какое там! Взрослый мужчина примерно его лет вряд ли попадает под определение малыша. Скорее уж брат-близнец. Но больше всего ее зацепило не это. Сын Катрины! Да как он вообще посмел скрывать от нее нечто подобное! Выходит, вновь обман. Делал вид, что и понятия не имел о ее лживом суициде, изображал безутешно влюбленного вампира, потерявшего любимую женщину, а сам… Тайком или же очень открыто встречался с ней неизвестно сколько сотен лет назад, обзавелся…
Стоп. Она больше не хотела думать ни о чем. Хватит! Сначала откровенный разговор — затем выводы. Если мистер Сальваторе на самом деле обманул ее, то дорого заплатит за свою ложь! Однако зная не понаслышке о стервозном характере мисс Пирс, вполне вероятно, что он и сам ни о чем не догадывается.
Решив как следует расспросить "малыша" по дороге, Гилберт молча уселась на заднее сиденье и закрыла глаза. Каждая ее частичка вопила от боли и усталости, голова плавилась от огромного количества мыслей, а события насыщенного дня никак не желали укладываться в подобие осмысленности. Что правда, а что вымысел — оставалось только гадать. Но одно она понимала точно: бороться и дальше невозможно. Осталось лишь безропотно подчиняться. Едва захлопнулась дверь водительского места, и заревел мотор, веки сами по себе опустились вниз, а податливое тело подхватили мягкие крылья Морфея и утащили в заоблачную даль из сна и покоя.
Дамон колесил по разбитым дорогам (точнее их подобию, потому как усеянный колдобинами и ямами асфальт вряд ли носил столь гордое название) какого-то городка на севере штата Вирджиния и пытался как можно глубже запихать нахлынувшее раздражение. Весь день он потратил на беспокойные поиски рыжей бестии, которая очень некстати решила напомнить о себе назойливой игрой в кошки-мышки. Притом в этот раз старшему Сальваторе довелось побывать отнюдь не в шкуре голодного и хитрого кота, что злило еще больше. Он перепробовал все возможности: использовал Силу таких масштабов, что прилегающие к трассе деревья гнулись под ее тяжестью и мощью, но Мисао будто сам черт взялся охранять от любых поползновений. Она исчезала ровно в тот момент, когда начинало казаться, что игра окончена. Следом шла целая череда бесплодных попыток загнать лисицу в ловушку, начиная с неимоверных хитросплетений, основанных на детальном знании местности штата, и заканчивая откровенным блефом. Эффекта никакого. Вампир распалялся все больше и больше, теряя последние остатки разума, в то время, как верная Бугатти в свою очередь прощалась с передней подвеской. Полная непригодность шоссе скверно сказывалась не только на его настроении, но и желаниях Вейрона. Ближе к вечеру верная коняшка отчаянно отказывалась разгоняться до привычных четырехсот километров в час, а сейчас и вовсе ограничилась порогом в незавидные две с половиной сотни. А вместе с тем с горизонта и след простыл наглой физиономии, которая словно нарочно вытащила его в эту окутанную мраком деревенскую глушь, чтобы держать подальше от…
