Он и не скрывал того, что прекрасно осведомлен о ее планах. Более того, он считает их глупым проявлением вселенского эгоизма, выстроенного исключительно на собственных желаниях и потребностях. В его голосе было столько отвращения, разочарования и неприкрытой злобы, что девушке пришлось пожалеть о своем решении откровенно все объяснить.
— Я знала, что ты разозлишься, — неуверенно начала она, медленно шагая в сторону леса. Меньше всего ей сейчас хотелось смотреть в глаза мужчине, выискивая там крупицы понимания. Он считает ее поступок предательством, и оправдываться совершенно бессмысленно. — И никогда не предполагала, что нечто подобное может произойти со мной. Я уже смирилась с мыслью о том, что не сумею полюбить кого-либо. Но Елена… Не будь ее я бы наплевала на весь мир, сделала бы все возможное, и в итоге обязательно добилась своего, потому что никто лучше меня не знает Дамона Сальваторе. Но она есть, а значит, меня не должно быть рядом. Думаю, лет через двести я сумею убедить себя в обратном, и обязательно отыщу вас обоих, чтобы лично убедиться в осуществлении моего напутствия, однако сейчас я не могу. Внутри меня все рушится, вокруг — сплошная мгла из боли и безысходности. Еще тогда, в машине, когда ты спас меня, я пыталась быть откровенной, и вовремя поняла, что всегда буду для тебя лишь другом.
— И тогда же ты решила уехать? — холодно уточнил мужчина, неотрывно шагающий вслед за ней. — Чтобы избавиться от ревности и тихо упиваться кровью где-нибудь на берегу моря? Хороший план, который я хотел бы отметить.
Он остановил ее за руку, резко развернул к себе лицом, а другой притянул за талию и с силой прижал. Девушка часто задышала и попыталась вырваться, избегая при этом смотреть в глаза.
— Только не говори мне, что шла сюда не за этим, — яростно прошептал Дамон, без всяких усилий удерживая ее рядом с собой. — Мы знаем друг друга достаточное количество времени, чтобы угадывать желания с полуслова.
Он с первой секунды понял правила игры, которыми руководствовалась вампирша, и собирался дойти до финиша, раз уж она так воинственно настроена. Что было ее конечной целью? В этом ему еще предстояло разобраться, а сейчас он решил удовлетворить собственное любопытство.
— Будешь сопротивляться — сделаю больно, — глядя прямо в глаза, пообещал он подруге.
Она покорно кивнула, начиная бояться его по-настоящему. Спору нет, она не человек, который вообще не имеет никаких преимуществ перед бессмертным, но и не настолько сильная, чтобы пытаться "спорить" с ним. Успокоив себя тем, будто в самом деле пришла сюда не только ради разговора, она безропотно дала себя поцеловать и попробовала расслабиться. Девушка запуталась в своих чувствах окончательно, и уже не различала одно от другого. Что сейчас происходит? Очередная запланированная игра на публику или же они оба сходят с ума? Чье сердце колотится в совершенно невероятном ритме? И к чему такая пылающая нежность? Она задавала себе один вопрос за другим, пытаясь заставить себя думать, но вопреки всем законам логики, это не помогало. Лишь сверхъестественное чувство осязания смогло ей подсказать, что она уже не стоит на ногах, а спиной лежит на холодной земле. И что-то острое больно впивается между лопаток.
Юноша запретил себе думать о Елене, что оказалось довольно трудновыполнимым. Никогда прежде ему не приходилось изображать любовь, и сейчас внутри что-то болезненно сжималось от того количества низости, которую он совершает. Он не просто целует другую женщину, а делает это ради нее же самой. Не хотелось бы когда-нибудь признаться в подобных вещах, но ему нравится. Рядом с Фрэн необязательно себя сдерживать, постоянно напоминать себе об осторожности, можно просто наслаждаться моментом.
Быстро справившись с пуговицами на жакете, он стянул его с девушки, расстегнул пару застежек на блузке и собрался укусить, отодвинув воротничок в сторону, когда понял всю глупость происходящего. К своим мыслям ее подпускать нельзя, пока он не удостоверится в одном факте: рядом с ним действительно Франческа.
Итальянка, казалось, слабо отдает себе отчет в том, что делает. Она забыла о цели своего прихода, ввязавшись в глупую забаву, придуманную Дамоном, и теперь не могла вылезти из того болота, в которое угодила по собственному желанию. Видимо, Стефан точно ударил ее по голове, раз она добровольно готова заняться сексом с вампиром, особенно если учесть факт принадлежности инициативы самому вампиру. Все, она решила больше не думать — это отвлекает.
Ей не удалось понять, когда именно она лишилась рубашки и жакета, и захотелось тут же прекратить дурацкую забаву, которая превратилась в нечто более серьезное и грозила закончиться самым неутешительным образом. Всего лишь попытавшись оттолкнуть мужчину от себя, она поняла, что его рядом нет.
Девушка открыла глаза и тут же натолкнулась взглядом на довольную улыбку чеширского кота, которую мгновенно стерла звонкая пощечина.
