Мужик сказал – мужик сделал, я попробовал… и был приятно удивлён результатом. Рыба покрылась тонкой золотистой корочкой, как при хорошей прожарке, и запахла просто умопомрачительно. Вот и прекрасно. Сырое есть сырое, а мы всё-таки привыкли есть уже что-то приготовленное. Хотя бы так.
Разложив жареных рыбин покрасивее на тех же самых листьях, которые любезно предоставили сильно полысевшие псевдопальмы, мы позвали принца к импровизированному столу.
Присев на песок, он одобрительно кивнул:
- Какие вы быстрые. Кстати, Ойзи – тут он указал на моллюсков – деликатес даже во дворце Правителя, а рыб Мошшу такой величины я раньше не видел.
- Ну, - хмыкнул Антошка, - там и покрупнее были. Но мы решили, что жадничать ни к чему. Захотим – ещё наловим. Это нетрудно.
- Как я вам завидую, - неожиданно вздохнул принц. – Вольная жизнь, полная свобода, и нет необходимости добывать кусок хлеба в поте лица, как это делают многие на земле. А море нас не любит и неохотно отдаёт свои дары с тех пор, как…
- С тех пор, как вы уничтожили народ Чоуроджи, - тихо сказал я. – Ты говорил, что завидуешь нашей свободе, но мы – почти последние, из тех, кто остался. Обитатели суши охотятся на несчастных морских девушек и превращают их в свои игрушки, чтобы урвать кусочек молодости, здоровья и долголетия. Чему тут завидовать?
- Простите… - выдавил принц, и по лицу его было заметно, что он опять готов бухнуться на колени, - я не подумал…
- Прощаем, - вздохнул Антошка, - и вообще, давайте уже есть. Рыба стынет.
Мы решили прервать разговор и занялись завтраком. Приготовленная мной довольно экстравагантным способом рыба оказалась лучше всяких похвал, у водорослей обнаружилась приятная пикантная кислинка, моллюски тоже не подкачали, так что на десерт мы еле-еле справились с одним орехом на двоих. Принц же лопал, как не в себя, был он достаточно худой, и если не голодал, то явно недоедал, это точно. Странно. Неужели у папы-Правителя было принято морить наследника голодом? Что-то я сильно сомневаюсь, что во дворце есть нечего, даже если по всей стране неурожай. Принц же заметил наши удивлённые взгляды и покраснел.
- Простите мою несдержанность, - тихо сказал он, - просто мне давно не приходилось есть досыта.
- Да ешь, нам не жалко, - отмахнулся Антошка, - сколько ещё той рыбы в море. Просто нас удивляет – кто посмел морить голодом принца?
- Орден, - сказал Кай-сур, и его красивое лицо стало похожим на маску застывшей ненависти. – Проклятый орден, кто же ещё.
Так. Интересно девки пляшут. А это с чего бы? Насколько я помнил из рассказа Старейшей, между основателем Великого Ордена Махароджи Аш-Асином и получившим престол в результате интриги средним сыном Правителя Шамшур Дин-суром было полное согласие. Хотя… За пятьсот лет многое могло поменяться, не спорю.
Принц с похвальным энтузиазмом доел последнюю рыбину и сказал:
- Вижу ваше недоумение и любопытство и готов удовлетворить его. Однако начать придётся издалека.
- Хорошо, - улыбнулся Антошка, - начинай уже.
Шамшур Кай-сур кивнул и начал своё повествование.
После того, как Аш-Асин расправился с Чоуроджи и место Правителя занял Шамшур Дин-сур, который правил более ста лет и умер глубоким старцем, убелённым сединами, Орден стал играть в жизни королевства Махароджи огромное значение. Что-то вроде инквизиции, политического сыска и отрядов быстрого реагирования в одном лице. Хорошо обученные и воспитанные в абсолютной преданности Ордену маги вели жёсткую политику, стремясь строго регламентировать общественную и личную жизнь людей. Обладавшие склонностью к магии дети отбирались у родителей в самом нежном возрасте и отдавались в школы Ордена, дабы иметь постоянно большое количество Верных, которые не задумываясь выполняли любой приказ своих руководителей. Детей воспитывали так, что прежняя жизнь теряла для них всякое значение, главным теперь была верность и служение Ордену. Формально это объяснялось выполнением великой Цели Аш-Асина – заселением материка, поднятого из глубин моря. На практике Орден забирал всё больше и больше власти, и преемники Шамшур Дин-сура стали понимать, что Правители рано или поздно будут от власти оттеснены, а королевство Махароджи превратится в мрачную религиозную деспотию. Назревание конфликта усиливалось тем, что Верные стали постепенно провозглашать Аш-Асина Земным Богом, а главы Ордена приняли официальное именование Наместник Божественного Аш-Асина.
