Обратно на кровать приземлился отнюдь не кот, а хорошенький парнишка лет шестнадцати на вид, с волосами рыже-чёрной, «тигровой» расцветки. И, что характерно, абсолютно голый.
========== Глава 26. Неожиданное приобретение ==========
Обратно на кровать приземлился отнюдь не кот, а хорошенький парнишка лет шестнадцати на вид, с волосами рыже-чёрной, «тигровой» расцветки. И, что характерно, абсолютно голый.
- Ааа? – малоадекватно отреагировал я.
- Эээ??? – так же малоадекватно, но куда более эмоционально высказался Антошка. Каким бы ни был странным этот мир, но к такому явлению, как коты, внезапно превращающиеся в людей, да ещё в таких хоро… стоп, не отвлекаемся… так вот, внезапно превращающиеся в людей коты для нас были полной неожиданностью. А парнишка тут же полез целовать нам руки со словами:
- Спасители мои! Думал ведь, сдохну уже кошаком в трактире!
Мы с Антошкой кое-как усмирили этот душевный порыв и потребовали объяснений. Парень кое-как успокоился, устроился по-турецки на кровати, не особенно стесняясь своей наготы – хотя стесняться ему было особо нечего. Сложен парень был отменно, даже и не скажешь, что это он был в теле толстого ленивого кошака. Ой, что это со мной? Ладно, Антошка, он мне всё-таки друг, товарищ и даже в чём-то брат, а на этого незнакомого мне красавца я что так реагирую? Или всё-таки начинает проявляться ориентация цвета моей нынешней кожи? Впрочем, какая разница? Счастливая семейная жизнь с какой-нибудь красавицей мне тут по-любому не светит, так что стоит уже успокоиться и начать жить с тем, что есть. Но всё-таки, парень на удивление привлекателен. Да и Антошка на него с интересом поглядывает… Может, сначала его отлюбить, а потом расспросить? Не-не–не, тут что-то не так.
И я осторожно спихнул парня с кровати и сказал:
- Иди, помойся. Полотенца там остались. И близко к нам… не садись пока.
- Догадались, да? – уныло вздохнул рыжий. Но мыться всё-таки пошёл.
- Слушай, - с лёгким испугом протянул Антошка, - странный какой-то котик… У меня такое желание вдруг появилось – схватить его, завалить и… Сейчас даже противно. Ведь я же тебя люблю.
- И я – тебя… кажется… - отозвался я, - но и мне сначала отлюбить его захотелось. Да ещё вдвоём с тобой. Слушай, может он вроде инкубов, в которых в Средние века верили? Которые доводили людей до смерти с помощью секса?
- Я не знаю, что такое «инкуб», - неожиданно раздалось от двери в мыльню. – Я – мьяли. И, да, для того, чтобы функционировать и восстанавливать силу, мне нужен регулярный секс. Причём мне даже в нём участвовать не обязательно – главное, чтобы секс был жаркий и от души. Но я никого не доводил до смерти, и вас не собирался, если вы об этом. Просто переход из одной формы в другую всегда требует большого расхода энергии, вот я и старался её восполнить… даже не осознанно. Но вы мне сумели противостоять… Теперь я должен служить вам.
Рассказывая всё это, мьяли, или как его там, потихоньку подбирался к нам. Вид у него был самый что ни на есть разнесчастный, поневоле захотелось погладить по голове, дать конфетку и утешить.
- Опять пытаешься на нас воздействовать? – строго спросил я.
- Ну… немного… - шмыгнул носом мьяли. – Если трахать не будете, так хоть по голове погладьте… Ну чуть-чуть… Я, правда, много энергии потерял.
Вот что с ним будешь делать? Зачахнет ведь.
- Ладно, - вздохнул Антошка, - иди сюда.
Мьяли устроился рядом с нами, и мы в две руки принялись наглаживать его по голове – удивительно приятное ощущение. Кстати, мьяли явно становилось лучше от этой ласки – он порозовел и заулыбался.
- Хорошие вы… - сказал парнишка. – И не из этого мира, как и я. Я чувствую.
- Так, - сказал я, - вот с этого момента давай поподробнее. Мьяли – это твоё имя?
- Нет, - отозвался бывший кот. – Мьяли – это название нашего народа. А зовут меня Мурвейлагансилар.
- Чего? – хором выдохнули мы с Антошкой. И тут же заявили, не сговариваясь:
- Муриком будешь. Ты не против?
- Нет, - ответил мьяли. – Мурик – это симпатично звучит.
- А теперь давай, рассказывай, - потребовал Антошка, - как ты дошёл до жизни такой.
Мурик вздохнул и начал рассказывать.
Оказывается, в его мире жило несколько рас, умеющих менять человеческую форму на звериную, проще говоря, что-то вроде оборотней из земных легенд. Гамли превращались во что-то вроде волков или собак, Чиули – в огромных птиц, а Тахарли – в единорогов. И до поры до времени все расы жили мирно, никто никому не мешал, но тут, как обычно, появились люди и всё изгадили. Маги из других миров овладели искусством перехода в мир добродушных оборотней и стали их отлавливать и обращать в рабство. Мьяли ценились как несравненные любовники, Гамли – как воины, Тахарли всякие там жрецы и правители охотно покупали для престижа, к тому же люди-единороги в своей звериной форме были быстры и неутомимы, Чиули использовали как гонцов.
