– Да, мы входим в этот круг, – подтвердил Лаврухин. – Именно поэтому я настаиваю на максимальной свободе действий для меня. Чтобы мне как командиру не приходилось согласовывать мелочные вопросы, по которым легко высчитать местонахождение группы и ее задачи.
– Согласен. Можете считать, что у вас развязаны руки. Но в случае провала… – Бельский внимательно посмотрел на Лаврухина.
– Я это уже слышал не раз, перед каждой секретной операцией. Но там условия были куда жестче. Здесь мне в худшем случае грозит потеря погон и лишение должности, а раньше меня честно предупреждали, что в случае провала и попадания в плен Родина сделает вид, что такой человек в ее вооруженных силах никогда не служил и не служит.
– Это обычная практика. Не мне вам объяснять, подполковник. Вы принимаете такие условия игры. Тогда считаю наше обсуждение законченным. Пора переходить к делу, – подытожил полковник Бельский.
