Затем я разговаривала с известной своей честностью и добротой Со Хён. На вопрос, был ли момент, когда хотелось сказать: «Фух, я через это прошла», она ответила: «Когда умерла бабушка, было очень тяжело». Бабушка, с которой Со Хён жила с детства и которая относилась к ней с материнской заботой, скончалась рано утром в день дебютного выступления TTS[41]. Со Хён было настолько грустно, что ей казалось, что она ошибется на сцене. Но подумала, что было бы правильно спеть и станцевать с улыбкой на лице, выложившись на максимум, поэтому так и сделала. Она подавила грусть и сделала вид, что ничего не произошло.
– Я не стала заглядывать внутрь Со Чжу Хён (настоящее имя Со Хён), а руководствовалась мыслями: «Сначала ты должна выступить» и «Прямо сейчас ты должна работать». Оглядываясь назад, думаю, нужно было внимательнее прислушиваться к своему сердцу.
Со Хён чувствовала, что была слишком строга к себе, когда следовало проявить бо́льшую снисходительность. Глядя на нее, я неожиданно вспомнила седовласого старика, которого встретила несколько лет назад, когда по работе побывала в центре сдачи экзамена на получение водительских прав. Дедушка делал фотографии, необходимые для их продления. Через некоторое время он получил новое удостоверение и с улыбкой сказал:
– На свете нет документа, продлевающего жизнь. Но, как ни странно, именно им мне кажутся эти водительские права. Ох, думаю, я смогу еще пожить. Потому что это не просто документ, позволяющий садиться за руль автомобиля.
Как и говорил дедушка, существуй система, оценивающая, хорошо ли живет человек и на основе этого принимающая решение, может ли он жить дальше, и выдающая лицензию, были бы мы добрее к самим себе? Особенно в дни, когда хочется получить признание и похвалу за хорошо проделанную работу, но чувство неудовлетворенности заставляет прикладывать больше усилий и злиться. Я не могла не согласиться со всем, что сказали на интервью участницы Girls’ Generation, возможно, потому, что тоже не была снисходительна к себе.
Уже несколько лет я посещаю занятия по рисованию. На первом уроке, взяв белый лист бумаги, я начала продумывать, что и каким цветом лучше нарисовать, чтобы получить хороший результат. И в тот же момент осознала, насколько привыкла к жизни, в которой меня постоянно оценивают. После того как я еще какое-то время простояла, не в силах ничего нарисовать, ко мне подошел учитель и сказал, что в ошибках нет ничего страшного, их можно перекрыть другим цветом, а если что-то совсем не получится, – начать сначала.
Тогда я смогла свободно вздохнуть, как будто кто-то расстегнул давившую на горло верхнюю пуговицу. И в белом листе теперь мне виделась не потенциальная ошибка, а свобода творчества. Ничего страшного. Давайте рисовать в свое удовольствие. А в случае ошибки нарисуем еще раз. Если я запомню это чувство, то, возможно, смогу остановиться, прежде чем перегружу себя работой. И тогда, интересно, научусь ли я когда-нибудь принимать себя такой, какая я есть?
