– Если человек уже прожил достаточно, наступает пора ему уйти. Смерть так же естественна, как рост дерева, но некоторые не могут спокойно закрыть глаза, потому что воспринимают тело как собственность, которой их лишают. Смерть это не конец. Следует думать о ней как о начале новой жизни. Тогда смерть превратится в нечто совершенно естественное и нисколько не страшное. А наша задача – понять, проживаем ли мы каждый момент так, как нам хочется. Как мы тратим свои время и энергию? И мы всегда должны думать о том, какое влияние это оказывает на людей вокруг.
Хотя я не буддистка, иногда, когда думаю о жизни и смерти, вспоминаю о монахе Попчоне, который жил и умер достойно, не сожалея ни о чем. Возможно, оттого, что это был первый и последний раз, когда я своими глазами наблюдала за поразительной церемонией похорон буддийского монаха, когда тело становится горсткой пепла. Я пообещала себе, что никогда не забуду мысли, которые пришли мне в голову, когда я смотрела на пламя. Но, оглядываясь назад и отвечая на вопросы, проживаю ли я каждый момент так, как хочу, и не закостенела ли я, мне становится стыдно.
Впервые я встретилась с Ли Сун Чжа, членом национальной команды по гребле на каноэ, после Олимпийских игр 2008 в Пекине. Нам обеим было за 25, и мы испытывали схожие переживания. Ли Сун Чжа привлекла к себе много внимания как первая корейская спортсменка в этом виде спорта, выступившая на Олимпийских играх, но поскольку она была уже не молода, часто размышляла, как долго еще продлится ее карьера. А я была видеожурналистом и очень беспокоилась по поводу того, как долго еще смогу продержаться на непостоянной и тяжелой работе. Думаю, поэтому мы неосознанно жалели друг друга.
Спустя 10 лет мы встретились снова. Я думала, она меня не узнает. Но Ли Сун Чжа подошла ко мне с каноэ на плече и сказала:
– Я бы вас сейчас обняла, но каноэ мешает.
Оказалось, что ей тоже время от времени становилось интересно, как у меня дела, но она боялась показаться невежливой, переживая, что я могла уже устроиться на другую работу. Но она сказала, что рада видеть, как я по-прежнему занимаюсь тем же, чем и в нашу первую встречу. Мы, конечно же, решили пообедать вместе и поговорить. За столом, пока мы болтали о разных вещах, я чувствовала, насколько она счастлива. Поэтому спросила:
– Вы счастливы?
– Да, я счастлива.
На самом деле, возможно, это был странный вопрос для дружеского обеда, но, когда она, ни секунды не колеблясь, ответила, я подумала: «А когда я в последний раз, не задумываясь, говорила, что счастлива?» Когда я спросила, с какого момента она чувствует себя счастливой, Ли Сун Чжа сказала, что с тех пор, как познакомилась с мужем. До этого ей нравилось заниматься греблей, но она изнывала от постоянного беспокойства, задаваясь вопросами: «Что делать, когда я больше не смогу выступать?» или «А что, если я получу низкие оценки?». Но однажды муж сказал ей:
«Когда устанешь, заканчивай и возвращайся домой. Я всегда рядом, так что не волнуйся».
Ей всегда казалось, что она сражалась в одиночку, но эти слова ее успокоили. И теперь она могла по-настоящему наслаждаться греблей на каноэ.
Ее муж занимается разведением крупного рогатого скота в городе Чонып. Мужчину, который выращивает коров, и члена национальной сборной по гребле на каноэ свели друзья. Она пошла на свидание вслепую и влюбилась в искренность деревенского холостяка с загорелым лицом, который улыбался во все 32 белых зуба, а он влюбился в ее страсть к гребле.
Они полюбили друг друга и поженились, но перед выступлением на Олимпийских играх в их отношениях было много неопределенности. Естественно, чтобы подготовиться к настолько крупному соревнованию, спортсмен должен жить в тренировочном центре от полугода до года. У пары буквально не оставалось другого выбора, кроме как разъехаться. Более того, Ли Сун Чжа была не в лучшей физической форме. Она едва могла двигать запястьем, и даже в состоянии покоя у нее болел каждый палец. Поэтому было неясно, сможет ли она участвовать в тренировках и пройти отбор на соревнования. Первым об этой сложной ситуации высказался муж. Он спросил, хочет ли Ли Сун Чжа поехать на Олимпийские игры, – если да, то она должна попробовать, а он поддержит, но, если станет слишком сложно, она может уйти в любой момент.
Воодушевленная этими словами, Ли Сун Чжа переехала в учебный центр Хвачхон. Она рассказала, что, просыпаясь в темные предрассветные часы, всегда прикладывала к запястьям разогревающие компрессы. Интересно, не жалела ли она в эти моменты, что рядом не было мужа? Однако это было неважно. Обычные телефонные разговоры дарили ей чувство защищенности и показывали, насколько сильно муж ее любит. А тот, в свою очередь, чувствовал то же самое. По его словам, когда он просыпался один на рассвете, чтобы осмотреть новорожденного теленка или накормить скот, то чувствовал себя любимым, потому что сердце его жены оставалось рядом с ним.
