Но на полках Макси было все необходимое, от куриного бульона до муки, сахара и специй, а в холодильнике лежали свежие яблоки и апельсины, молоко и сок, масло и сливочный сыр.
Киш, решила я, и фруктовый салат. Я резала киви и клубнику, когда вернулась Макси. Она переоделась в черные облегающие бриджи и вишневую футболку с рукавами-фонариками, а еще на ней были большие черные солнцезащитные очки и заколки в волосах с искусственными, как мне показалось, рубинами. Нифкин щеголял красным ошейником из лакированной кожи, украшенным такими же драгоценностями, и соответствующим красным поводком.
Они оба выглядели очень величественно.
Я накрыла стол для Макси и, в отсутствие корма, угостила Нифкина небольшим кусочком киша.
– Как же красиво, – пробормотала я, любуясь солнечными бликами на воде, свежим бризом, колышущим воздух.
– Может, останешься ненадолго? – предложила Макси.
Я покачала головой.
– Мне нужно закончить дела и вернуться… – начала я, а затем остановилась. А ведь и правда, зачем мне спешить обратно? Работа могла подождать – у меня все еще оставалось свободное время. Пропуск нескольких занятий для будущих мам – не конец света.
Комната с видом на океан так манила, особенно учитывая неспокойную, слякотную весну Филадельфии. И Макси словно прочла мои мысли.
– Будет так здорово! Ты сможешь писать, я буду ходить на работу, мы можем устраивать званые обеды и зажигать камин. Нифкин может тут побегать… Я составлю для тебя портфель акций…
Мне хотелось прыгать от радости, но я не была уверена, что ребенок одобрит подобные телодвижения. Это место невероятно. У меня бы была возможность побродить вдоль прибоя. Нифкин мог погоняться за чайками. Мы с Макси могли бы готовить.
Должен был найтись какой-то подвох. Но я не видела, какой и где. И в то утро, когда светило солнце и накатывали волны, казалось, что легче позволить себе окунуться в это чудесное приключение, чем тратить гораздо больше времени на тщетные поиски.
После этого события завертелись с огромной скоростью.
Макси отвезла меня в небоскреб с голубовато-серебристыми стеклянными стенами и модной забегаловкой на нижнем уровне.
– Мы идем на встречу с твоим агентом, – пояснила она, нажимая кнопку седьмого этажа.
Я ломала голову в поисках подходящих вопросов.
– Она… она работает с писателями? – наконец выдавила я. – Она хороша?
– Да, и весьма, – сказала Макси, ведя меня по коридору.
Дойдя до одной приоткрытой двери, она резко постучала и сунула внутрь голову.
– Это чушь собачья! – выплыл в коридор женский голос. – Теренс, это полное дерьмище. Вот то, что вам нужно, и он совершенно точно закончит к следующей неделе…
Я заглянула через плечо Макси, ожидая, что голос будет принадлежать даме с платиновыми волосами и в кофте с наплечниками, с сигаретой без фильтра в одной руке и чашкой черного кофе в другой… Женская версия того мерзкого носителя солнцезащитных очков, который сказал мне, что в Голливуде нет толстых актрис.
Вместо этого за гигантской плитой письменного стола сидела фея с кремовой кожей и веснушками. На ней был бледно-зеленый джемпер, сиреневая футболка с кружевными фестонами и кеды детского размера. Ее белокурые с рыжиной волосы были собраны в неаккуратный пучок бледно-голубой резинкой. Она выглядела словно ей лет двенадцать.
– Это Вайолет, – гордо представила Макси.
– ЧУШЬ СОБАЧЬЯ! – снова припечатала Вайолет в трубку.
Я подавила желание положить руки на животе там, где предположительно были уши ребенка.
– Что думаешь? – шепотом спросила Макси.
– Она… эм-м… – протянула я. – Она похожа на Пеппи Длинныйчулок! Она достаточно взрослая, чтоб так выражаться?
Макси расхохоталась.
– Не волнуйся, – успокоила меня она. – Вайолет, может, и выглядит как девочка-скаут, но на самом деле она очень жесткая.
Произнеся прощальное «Чушь собачья», Вайолет повесила трубку, поднялась на ноги и протянула руку.
– Кэнни, приятно познакомиться, – сказала агент, как нормальный человек, а не как огнедышащий дракон, которым была только что. – Мне действительно понравился твой сценарий. И знаешь, что понравилось больше всего?
– Ругательства? – рискнула я.
Вайолет рассмеялась.
– Нет, нет, – сказала она. – Мне понравилось, что твоя главная героиня так верила в себя. Так много романтических комедий, где главную героиню должно что-то спасти… любовь, или деньги, или фея-крестная. Мне понравилось, что Джози просто спасла себя сама и все это время сохраняла веру в себя.
Ух ты! Я никогда не думала об этом с такой точки зрения. Для меня история Джози была исполнением желаний, чистой и простой историей о том, что могло бы произойти, если бы одна из звезд, у которых я брала интервью в Нью-Йорке, когда-нибудь посмотрела на меня и увидела больше, чем потенциальную пышечку в одежде большого размера.
– Женщинам охрененски понравится этот фильм, – предсказала Вайолет.
– Я очень рада, что ты так считаешь, – заулыбалась я.
Вайолет кивнула, сдернула с волос резинку, провела по ним пальцами и собрала свои кудри в чуть более аккуратную версию того же пучка.
