Все было очень просто и буднично.
Я перестала волноваться в ту же минуту, когда вошла в клинику: больше ничего не может случиться, я уже тут.
Анестезиолог сказал «сейчас я сделаю укольчик», а через пару секунд я проснулась и поняла, что ничего не получилось. Сказала «неужели ничего не получилось?». Мне показалось, что прошло всего несколько секунд, и комната другая, и другая капельница.
Я потрогала поясницу — там пластырь. Пластырь налеплен. Сильно болит спина. Наверное, все же получилось!
— Как вы себя чувствуете? — спросила врач. — Выпейте воды… Хотите банан? Фруктовое пюре? Вы морщитесь, сильно болит?
— Нет… ерунда.
Выпила воду и съела банан. За эти недели я стала изрядной обжорой, привыкла все время есть. И сказала: «Я, наверное, пойду». Мне велели лежать и пить чай с плюшками.
Пока я пила чай, пришла врач. Сказала:
— Ваш костный мозг уже успешно пересадили вашему реципиенту.
Значит, Маратик лежит под капельницей, на капельнице пакетик с моей кровью, на пакетике написаны пол, возраст, номер донора.
— Я знаю, что вы не можете ничего мне рассказать об этом человеке, но… он ничего мне не передал?
— Я могу вам сказать только, что это молодой парень из Петербурга. Он сейчас очень слабый и спит, — сказала врач.
Маратик идиот. Заснул, не передав открытку. Будет клясться, что передал или потерял, а сам просто заснул!
— Но он передал вам открытку. — Врач протянула мне конверт.
Мне вызвали такси, и я поехала домой. В такси вытащила открытку. Это была другая открытка. Новая, красивая, с выдавленным рисунком. Какое это потрясающее чувство — спасти кому-то жизнь, какому-то парню из Петербурга. А мы с Маратиком не генетические близнецы, а просто родственные души, так даже лучше.
Но ведь Маратик кому-то передал нашу открытку?.. Наверное, этот кто-то удивился, получив открытку, на которой написано «Спасибо за жизнь, Балда!».
Цитата дня:
— Мошенник! — сказал Собакевич очень хладнокровно, — продаст, обманет, еще и пообедает с вами! Я их знаю всех: это всё мошенники, весь город там такой: мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет.
Я каждый день получала от Маратика эсэмэски «люблю тебя», и мне это ужасно не нравилось. Я думала: все плохо, трансплантат против хозяина… Ходила вокруг дома, по Фонтанке, по Щербакову переулку, по Графскому переулку, и везде стояла смерть, на углу Графского и Фонтанки я ее точно видела.
Но сегодня… Сегодня! Я! Получила! За одно утро! 19 сообщений! Боюсь сглазить, но 19 кажется мне хорошей цифрой. Семь «Балда, я живой!», шесть «Я живой, Балда!», пять «Балда, ты такая балда!» и одно «Как бизнес?».
Как бизнес? Моя идея с детскими книжками 60-х на подоконнике провалилась, но не совсем провалилась.
Я поставила на подоконник полочку, на полочку «Необыкновенные приключения Карика и Вали», так, чтобы каждый проходящий мимо мог разглядеть. Я думала, что люди увидят книгу своего детства и зайдут, как рыбы на наживку. Можно менять книгу каждый день или раз в два дня. Зашел один человек, погладил книжку и ушел, ничего не купив.
Сегодня утром поставила «В стране невыученных уроков» — и сразу трое! Девушка с коляской и два пожилых человека. Девушка сказала «мне эту книжку читала бабуля», но не купила. Зато двое немолодых мужчин чуть не подрались за «В стране невыученных уроков» в пятнах. Видимо, бывшие двоечники. Бывшие двоечники хотели устроить аукцион. Расстроились, когда узнали, что «В стране невыученных уроков» не продается.
Остальные детские книги спрятаны. Я хочу поставить их в специальный шкафчик: на дверце шкафчика будет картонка «Это мои детские книги. Вы можете взять их почитать!». Надеюсь, никто не спросит, почему я в детстве читала книги, изданные в шестидесятые, тогда мне сейчас должно быть около семидесяти.
«Не все коту масленица», — злорадно написал Маратик, узнав, что идея с детскими книгами на подоконнике провалилась. Вредничает, значит, пришел в себя. Ттт, чтобы не сглазить.
Саня первым же «Сапсаном» уехал в Москву.
Цитата дня:
