На гранитном острове Пти, окруженном коралловыми рифами, росли деревья «медуза», «орех любви» и кокосовые пальмы. Пляжа и причала не было. Яхта «Лавразия» встала на якорную стоянку в защищенной бухте у другого необитаемого острова так, чтобы ее не могли видеть с Пти.
— Всего два охранника и женщина-повар — весь персонал острова, — сказал Мартиросов, стоя на палубе.
— Роллан Георгиевич, — Илья смотрел на него в упор, — вы готовы вместе с нами высадиться на остров? Если нет, я пойму.
— Там друзья, физики Рябинины. Я должен им помочь. Иду с вами.
— Отлично! Главное, всегда держитесь меня, — Белов обнадеживающе улыбнулся.
Мини-субмарина, управляемая экипажем из двух моряков, вмещала шесть пассажиров. Злата, Илья, Веня и Роллан Георгиевич заняли в ней места, и лодка, «нырнув» на небольшую глубину, взяла курс на Пти. В изумрудной, подсвеченной лучами солнца воде мимо иллюминаторов проплывали местные экзотические обитатели: индийская крылатка (необычайно красивая рыба с похожими на крылья красными плавниками), огромная прозрачная медуза (длина щупальцев не менее трех метров), рыба-камень (ее окрас напоминал камуфляж десантника).
Каменный остров был уже близко. Подлодка, замедлив ход, вошла в расселину гранитной пещеры, и моряк, выдвинув над водой перископ, рассмотрел туннель. Он сообщил:
— Вижу причал, катер, видеокамеру, датчик движения.
Илья, приготовив зеленый лазер для ослепления видеокамеры, скомандовал:
— Всплываем рядом с катером.
Субмарина немного всплыла: появившийся над водой люк медленно открылся. Импульс зеленого лазера, прорезав молнией полутемную пещеру, выжег сенсорную матрицу камеры видеонаблюдения. Илью в люке заменил Веня. Выстрелив полупрозрачным лаком-спреем из специально приготовленного аэрозольного пистолета, он наглухо залепил инфракрасный датчик движения, реагирующий на тепло человека, и изящно выразился:
— Мы с тобою, как рыба с водою: ты ко дну, а я на берег.
Лодка всплыла. Четыре отважных морехода перебрались на причал и, держась вместе, двинулись к входу в бункер, а один из моряков, вооруженный автоматическим оружием, занял позицию для охраны и обороны судна. Профессор, знавший код электронного замка, открыл дверь, и четверо смельчаков по крутым ступеням поднялись в бункер.
В коридоре тихо, горит свет, доносятся слабые звуки из кухни. Туда пошла Злата, остальные заняли позицию у комнаты охраны. Илья приоткрыл дверь. Молодой охранник, сидевший перед дюжиной экранов видеонаблюдения, читал книгу, и, видимо, так увлекся, что не услышал, как вплотную к нему подошли люди. Когда он встрепенулся и попытался выхватить из кобуры пистолет, было уже поздно. Его схватили за руки, привязали к креслу и заклеили скотчем рот. Оружие передали Мартиросову. Веня погасил экраны мониторов и забрал материалы системы записи видеонаблюдения.
На кухне повариха, женщина средних лет, готовила обед. За ее спиной возникла Злата. Незаметно подойдя сзади, грациозным движением она сжала ее горло локтевым сгибом, нажав известную точку на сонной артерии, введя тем самым не успевшую испугаться женщину в бессознательное состояние примерно на полчаса.
Путь в лабораторию лежал через библиотеку. Илья с Веней и профессором вошли в комнату. Мягкое, неяркое освещение создавалось торшерами, озарявших великолепный интерьер: на полках множество книг, на подставках антикварные вазы и старинные бюсты, особо впечатлил резной ореховый потолок, а вокруг массивного стола, громоздившегося в центре, стояли диван и кресла из кожи гребнистого крокодила, начисто истребленного на Сейшелах. Работал электрический камин.
Вдруг из полутьмы проема другой двери появился второй охранник и, наставив на вошедших автомат, крикнул:
— Стоять!! Положить оружие на пол!
Переглянувшись, троица незваных гостей, послушно исполнила приказание и подняла руки. В затылок охранника уткнулся ствол. Злата, неслышно вошедшая в библиотеку вслед за ним, действовала без колебаний.
— Спокойно! — произнесла она. — Отдай автомат, и все останутся живы.
Парень, осознав неизбежное, медленно поднял руки, и дал себя разоружить. Связанного стражника с заклеенным ртом усадили в крокодиловое кресло, обмотали скотчем и оставили наедине с прекрасными предметами антиквариата, а прибывшие гости поспешили в лабораторию.
Железная двухстворчатая дверь открылась, и вошел Мартиросов. Чета Рябининых ахнула от удивления. Оставаясь в заточении, они несмотря ни на что продолжали напряженную работу, потому что основным достоинством ученого является любовь к науке, а смыслом жизни — поиск истины.
— Роллан?! — Рябинин искренне поразился.
Воодушевленный Мартиросов, небрежно положив пистолет в карман пиджака, бросился к другу и заключил его в объятия:
— Юрий, все кончено, вы с женой свободны! Это мои друзья, и мы можем немедленно уплыть с острова.
Ирина Рябинина подбежала, прильнула и обняла Мартиросова:
— Я всегда в тебя верила. Ты выдающийся ученый, настоящий друг и порядочный человек. — Она расплакалась, и Роллан стал ее утешать.