Вторая улика и главное открытие вечера: Энди, будучи в отношениях с Сэлом, еще тайно встречалась со взрослым мужчиной. Настолько тайно, что даже подругам не сказала, кто это. Только говорила, в случае чего может его уничтожить. Сразу закрадывается подозрение, что мужчина женатый. Может, он и был секретным источником тех самых денег. У меня появился еще один подозреваемый, у которого определенно имелся мотив заставить Энди замолчать навеки.
А Энди, оказывается, была совсем не такой, какой я представляла ее себе в начале своего исследования. Симпатичная блондинка, любимая семьей, обожаемая друзьями… безвременно погибшая от рук жестокого, кровожадного бойфренда… всего лишь фальшивый образ, созданный, чтобы вызвать сочувствие. Возможно, такой Энди и вовсе никогда не существовало. И вот, стоило мне потереть картинку, как она стала искажаться.
Нужно позвонить Рави.
Список подозреваемых:
Наоми Уорд
Тайный взрослый любовник (насколько он ее старше?)
– Ненавижу кемпинг, – пробурчала Лорен, спотыкаясь о мятый брезент.
– Ну это мой день рождения. И я очень даже люблю походы, – заявила Кара, внимательно изучая инструкцию. Даже кончик языка высунула от напряжения.
Подходила к концу последняя пятница летних каникул. Неразлучная троица собралась на полянке в буковом лесу на окраине города. Затея Кары. Она решила заранее собрать друзей на природе, отметить свое восемнадцатилетие. Спать под открытым небом… в туалет ходить за ближайшее дерево… романтика. Пиппа тоже была не в восторге – она просто не понимала, зачем возвращаться в первобытные условия, если можно этого не делать, но умела хорошо притворяться.
– Вообще-то по закону палатки можно ставить только в специально разрешенных местах, – сказала Лорен, с досады пиная злосчастный брезент.
– Будем надеяться, полиция не просматривает мой Инстаграм. Я всему миру поведала, где мы собираемся. А теперь потише, – сказала Кара. – Я читаю…
– Хм, Кара, – нерешительно сказала Пиппа, – а ты знаешь, что это не палатка, а шатер?
– Без разницы. Зато все поместимся – и мы, и ребята.
– Тут же пола нет. – Пиппа ткнула пальцем на картинку в инструкции.
– А у тебя чердака… – сказала Кара, отпихивая подругу. – Отец мой нам отдельно подстилку дал.
– Когда ребята здесь будут? – спросила Лорен.
– Две минуты назад написали, что выезжают. И мы не будем их ждать. Даже не надейся, Лорен. Сами все соберем, – отрезала Кара.
– Я не это имела в виду.
Кара хрустнула костяшками пальцев.
– Долой патриархат! Палатку на раз соберем.
– Шатер, – поправила Пиппа.
– Я тебя сейчас стукну.
– Не надо.
Десять минут спустя посреди лесной поляны высился совершенно не вписывавшийся в окружающую обстановку огромный белый шатер. Все оказалось проще простого – каркас раскрывался автоматически. Пиппа заглянула в телефон проверить время. Половина седьмого. Приложение обещало, что через пятнадцать минут наступит закат. А потом, до полного наступления темноты, еще два часа продлятся сумерки.
– Весело будет. – Кара отошла в сторону, чтобы полюбоваться своей работой. – Обожаю кемпинг. Буду пить джин и объедаться клубничными мармеладками, пока не стошнит. Так, чтобы завтра ничегошеньки не помнить.
– Прекрасная цель, – подбодрила Пиппа. – Вы бы сходили вдвоем, забрали еду из машины, а я пока тут спальные мешки расстелю и брезент по бокам от крыши натяну.
Машина Кары стояла на крошечной парковке в двухстах ярдах[21] от места их стоянки. Лорен с Карой отправились туда прямо сквозь заросли, озаренные рыжим предзакатным солнцем.
– И фонарики не забудьте, – крикнула им вдогонку Пиппа. Подруги тем временем уже скрылись из виду.
Пиппа принялась натягивать брезент. В одном месте перепутала стороны и не смогла застегнуть липучку – пришлось, выругавшись, снимать и переворачивать. Затем она взялась за подстилку. Вдруг заслышала хруст веточек на тропинке. Решила, это Кара и Лорен возвращаются. Пошла было их встречать, но никого не увидела. Лишь сорока дразнила ее из темноты ветвей своим резким, скрипучим карканьем. Пиппа нехотя поприветствовала птичку и вернулась к работе – стала расстилать в ряд спальные мешки, стараясь не думать о том, что где-то здесь, в лесу, глубоко в земле, возможно, сейчас лежит Энди Белл.
Расправляясь с последним мешком, Пиппа услышала треск сучьев. Раздался хохот, крики. Это могло значить только одно – прибыли мальчишки. Она приветственно замахала им и вернувшимся с полными сумками девчонкам. Новоприбывшими были Энт, который со времени их знакомства в двенадцать лет почти не вырос (недаром его имя значит «муравей»), Зак Чен, живший почти по соседству с семейством Амоби, и Коннор, которого Пиппа и Кара знали с начальной школы. В последнее время он стал уделять Пиппе что-то слишком много внимания. Она надеялась, это скоро закончится. Перегорит, как другая его недавно угасшая страсть – он всерьез собирался стать кошачьим психологом.
