то радостной. На рассвете Гуль предстояло умереть. Она должна была броситься в
пропасть.
-Ты не тарахти, воин! Ты говори кратко, но точно! Давай еще раз с самого начала.
Так как ты говоришь, вас подбирают друг к другу?
В общем, я вторгся в запретные знания. Это было государственной тайной. Но над
нами и так висел приговор. Статьей больше, статьей меньше! Ерунда, в общем-то. А вот
“Скаф”, наверное, весь от радости изошел. Он такого еще не слышал.
Короче – не все в порядке было в Датском королевстве. И уже достаточно давно. По
крайней мере, лет двести, пожалуй. Как я догадался, это были последствия то ли научной
ошибки инопланетных исследователей, то ли сама природа чудо-планеты решила
вмешаться в чужой и чуждый ей эксперимент. А изначально дело выглядело весьма
привлекательно – было решено дать драконов в помощь людям. То, что это были
сумасшедшие младшие научные работники из другого мира, Гуль, естественно, не знала.
Для нее это были боги. Вот боги и решили дать людям не лошадь с колесом, а дракона с
крыльями. И что-то там намудрили с продажной девкой мирового империализьму, с
генетикой то бишь. Да-да… У племени Гуль сохранились легенды и былины. Времени-то
прошло не так уж и много, все еще было в памяти народной свежо и ярко. Боги дали
племени детенышей дракона. И подобрали им в пару человеческих мальцов. Мальчиков и
девочек. Тогда это особой роли не играло. Вождю племени и воинской старшине была
указана скала, на которой жило драконье племя. Людям было сказано, что драконы будут
слетать к ним и выбирать малышей для маленьких дракончиков. А потом эта пара будет
неразлучна всю жизнь. Так оно сначала и было. Первая партия ребятни и драконов
выросла. Драконы встали на крыло, юноши и девушки уселись в седла. И понеслись по
небу! Племя сразу приобрело вес и авторитет. Да и раньше, в принципе, особых проблем у
людей не было. Родоплеменной строй, основа богатства – скот. А его в лесостепи было
полно. Так что стада у племени были многочисленные. А вот нападать на них соседи как-
то резко перестали. А потом и более того – стали присоединяться к племени наших
наездников на драконах. Племя разрослось и окрепло, начался “золотой век”. Впрочем, эта
идиллия и длилась лет сто, а потом люди стали замечать некоторые несообразности.
Молодые люди, наездники на драконах, перестали рожать детей. Семьи у них были,
женились и на своих, и на окрестных красавицах, так же было и у красавиц-всадниц, но
вот детей у них не было. А ведь это были лучшие люди племени! Это уже попахивало
угрозой вырождения. Люди в племени были простые, научными степенями не
обремененные, но они жили с природой в ладу и совершенно четко понимали, что если в
семье не будет четырех-шести детей, то этот род лет через сорок зачахнет и исчезнет. А
тут у молодых и здоровых людей детей не было вообще!
Стали потихоньку изучать проблему, вспоминать, как это все произошло. И
наткнулись на такую вот старую традицию. Выбор всадника. Этот выбор осуществляли
драконы. Ежегодно старшие драконы прилетали в людские селения, и им выносили
родившихся детей-годовичков. Драконы очень внимательно изучали заливающуюся
криком малышню. Внимательно осматривали, обнюхивали, только лишь на зуб не
пробовали. А потом, отобрав по своим критериям подходящих для наездничества детей,
драконы подпускали к ним своих самок. Те легким касанием когтя по попе пускали детям
кровь, а затем слизывали ее. Как оказалось, без этого самки не могли приносить живых
детенышей. Так две расы – человеческая и драконья, - схватили друг друга за горло и
начали медленно душить. Чем больше становилось всадников на драконах, тем меньше
рождалось людских детенышей. А чем меньше их рождалось, тем меньше самок драконов
могли принести своих малышей. Ведь в других племенах и родах людей всадники не
рождались вообще. Да, кстати, те драконы, которые побратались с людьми, потомства
тоже не приносили. Вот так-то… Одна петля на двух шеях. Что-то необратимо
испортилось в генетике искусственно созданного симбиоза.
-У меня никогда не будет дете-е-е-й! – Некрасиво раззявив рот, завыла Гуль. –
Никогда-а-а! А-а-а!
-Тихо, тихо… Придумаем что-нибудь… А что ты там говорила про пропасть?
Гуль снова завыла. Из ее всхлипов я понял одно – если кто-то из пары дракон-
человек погибал раньше напарника, то второй кончал жизнь, бросившись с высоты вниз.
Одиночка просто терял желание жить…
Гуль сотрясалась у меня на груди. Я гладил ее волосы, что-то бормотал тихим
голосом, успокаивал. Наконец она замолчала. А у меня в голове стали бродить всякие
разные мысли. В основном касающиеся женских образов в рекламе женских товаров,
представьте себе!
