— Вы не волнуйтесь, госпожа, мы аккуратно с ней обращаемся, ничего не испортим, — заверяет меня первый с испуганным выражением лица.
— Я не переживаю об этом, вы очень старательны и внимательны ко всему, — спешу успокоить его.
Они продолжают свою работу, но я все еще стою рядом, они явно чувствуют себя неловко под моим пристальным взглядом.
— Вы уже почти закончили с ней, не замечали каких-либо символов? — решаю спросить прямо.
Они переглядываются.
— Ничего не видел, а ты? — обращается старший к младшему, тот тоже отрицательно качает головой. — А что-то должно быть? Мы что-то испортили?
— Нет, просто подумалось, что возле таких статуй часто бывают послания.
Плечи старшего заметно расслабляются.
— Не буду вам мешать, — натягиваю улыбку и спешу удалиться.
Сердце не находит покоя. Все-таки Кларенс не соврал мне, что не видит этих символов. И мне кажется, дело тут совсем не в том, что дом признал меня хозяйкой.
— Госпожа. — Сталкиваюсь с садовниками на выходе из оранжереи.
— Да? — растерянно отвечаю я.
Они начинают говорить о каких-то цветах, которые начали цвести, показывая их интересные соцветия. Я отвечаю на все машинально, на самом деле мои мысли все еще вертятся вокруг этих невидимых для всех символов.
Уж не схожу ли я с ума?
Кларенс смотрел на меня так, словно ему что-то известно. Может, стоит написать ему об этом? Наверное, это совсем нелепая причина, чтобы беспокоить герцога.
— Госпожа. — Слышу настойчивый голос паренька.
— Да? Что такое?
— Что вы думаете? — Хмуро смотрит он на меня.
— Прости, можешь повторить? — натягивая виноватую улыбку.
— Мы говорим, оранжерея почти готова. По всему периметру установлены магические камни, зимой здесь можно будет выращивать цветы, однако солнечного света им будет крайне не хватать, поэтому цвести будут далеко немногие, к тому же усадьба находится довольно далеко от торгового города. В холоде цветы попросту не перенесут дороги и завянут, — с раздражением повторяет Глория, садовница.
— Я тоже об этом думала, но пока у меня нет идей, как это обойти. Займусь этим вопросом вплотную. Возможно, в библиотеке герцога Флойс найдется что-нибудь.
Глория, смотрит на меня с недоверием.
— Надеюсь, вы найдете решение, иначе все усилия будут напрасны, — строго говорит она, возвращаясь к цветам.
Когда я думала о цветочном деле, даже предположить не могла, что столкнусь со множеством проблем. Теперь я лучше начинаю понимать отца, который день и ночь что-то обсуждал со своими помощниками, из-за чего у него никогда не было времени на меня.
— Не принимайте близко к сердцу слова Глории. Она просто волнуется, это ее первый крупный проект, — тихо подбадривает меня парнишка и спешит за своей наставницей.
Вернувшись в дом, я запираюсь в библиотеке. Сомнения терзают мое сердце, но пути назад уже нет. Договор сковывает меня по рукам и ногам.
На столе я замечаю несколько горшков с цветущими цветами. Их принесли еще вчера, это выбранные мною образцы, которые пойдут на продажу, пока они еще цветут.
Взяв один из горшков, погруженная в свои мысли, я не замечаю, как рисую на нем какой-то незамысловатый символ, чем-то напоминающий сам цветок.
Глория снова будет недовольна, что я все испортила.
Протяжно вздохнув, я пытаюсь стереть свое художество, однако оно не поддается. Чернила уже успели въесться.
Присмотревшись к символу цветка, в голове всплывают образы. Я не просто так нарисовала его. Подобные были на тех немногих горшках в нашем доме. Кажется, их рисовала моя мама.
И почему мне вдруг вспомнился он?
Внезапная мысль посещает меня. Я резко вскакиваю на ноги. Кисть с еще свежими чернилами падает на стол, заляпав его.
Моя голова медленно поворачивается к стеллажу с книгами, но я никак не решаю посмотреть выше. Сердце колотится очень быстро. С трудом пересилив свою панику, я осмеливаюсь взглянуть на невидимую для всех надпись.
Что-то отдаленно схожее прослеживается в этих загадочных символах и рисунке, который я только, что нарисовала.
Взяв в руки горшок, я протягиваю его перед собой, уже с большим вниманием сравнивая символы. Мне бы хотелось, не видеть этого сходства, но чем дольше я смотрю, тем отчетливее вижу, что различается лишь почерк начертания.
Поставив несчастный горшок обратно, я медленно опускаюсь на стул. Воздух в комнате становится очень тяжелым, и каждый вдох дается с трудом.
Мысли хаотично мечутся в моей голове, не давая и шанса выстроить все в логическую цепочку объяснений.
Как моя мать могла быть связана с этим домом, с семьей Флойс? Если так подумать, я практически ничего о ней и не знаю, лишь то, что ее звали Кенна, она любила цветы, и Аннет практически точная ее копия. И это все только с чужих слов.
Никогда я так остро не ощущала нехватку матери. Прямо сейчас мне так хочется встретиться с ней и расспросить об этом. Боюсь, ни отец, ни брат, ни сестры не дадут мне ответов.
— Госпожа. — Тихий стук в дверь заставляет меня вздрогнуть.
— Что такое, Эффи? — Стараюсь не выдать своей паники в голосе.
— Обед готов, вам принести его сюда?
— Нет, я сейчас приду.