— Пока что мне не удалось связаться с твоим дядей, — продолжила ведьма чуть теплее. — Но, Лилиан, не переживай. Ты официально зачислена в наш приют.
При слове «приют» девочка вздрогнула, хотя мы не раз говорили с ней об этом.
— Если ты захочешь, я могу оформить опекунство, — спокойно сказала я, глядя ей прямо в глаза. — Я всегда буду рядом.
В душе поселилась неуверенность: вдруг отец или кто-то из дальних родственников всё же появится, и Лилиан придётся уйти? Конечно, для неё это могло бы стать шансом на настоящую семью… Но почему-то мне хотелось быть уверенной хотя бы в её завтрашнем дне. Наверное, потому что в своём собственном будущем я сейчас не была уверена совсем.
Радана склонилась к столу и что-то быстро записала на листке бумаги, затем подняла голову и обратилась к девочке:
— Лилиан, хочешь встретиться с ребятами из своей группы и познакомиться с воспитателем? А Джорджиана пока принесёт твои вещи в комнату.
Малышка настороженно перевела взгляд с ведьмы на меня, потом обратно. По выражению её лица я поняла: Лилиан догадалась, что Радана хочет остаться со мной наедине.
— Но мы потом увидимся? — спросила она таким тоном, будто я могла исчезнуть в любой момент, стоит только отвернуться.
Я мягко улыбнулась:
— Конечно, увидимся. Ты всегда сможешь меня найти, обещаю.
Почему-то я была уверена, что этот вопрос она задаст мне ещё не раз.
— Хорошо, — выдохнула Лилиан.
Да, я для неё едва знакомый человек, но здесь вокруг одни незнакомцы, люди, которых она совсем не знает.
В этот момент в дверь постучали, а через секунду она плавно открылась сама собой. На пороге стояла женщина средних лет с живыми, внимательными глазами и чуть растрёпанными русыми волосами, собранными в небрежный пучок. На шее у неё висело сразу несколько кулонов: глаз, стеклянная капля с травами внутри, миниатюрная ладошка и даже крохотный ключик. Вся эта россыпь поблёскивала, тихо позвякивая при каждом движении.
— Я Алия, — коротко представилась она, улыбнувшись уголками губ. Мы в свою очередь назвались. — Я присматриваю за новенькими, покажу тебе твою группу.
Лилиан с неохотой отпустила мою руку и шагнула к Алие. Женщина ободряюще кивнула и мягко повела её к двери, а я, провожая взглядом девочку, почувствовала странную смесь облегчения и тревоги.
Когда дверь за ними закрылась, Радана заговорила вполголоса:
— Девочка — полукровка. Пока невозможно сказать точно, кто её отец. Надо понаблюдать за ней, чтобы понять, какие у неё таланты и особенности, чтобы знать, к чему быть готовым. Не волнуйся, у нас здесь почти все такие.
Я пожала плечами. За всё время моего знакомства с Лилиан я не замечала ничего необычного. Она казалась самым обычным ребёнком — тихой, послушной, немного замкнутой, но очень симпатичной.
Радана, будто угадав ход моих мыслей, добавила:
— Это часто проявляется в игре, в движениях, в реакции на магию. Посмотрим, что покажет время. В любом случае, Алия будет держать меня в курсе, если заметит что-то особенное.
Я кивнула, чувствуя, как напряжение постепенно уходит, уступая место усталости.
— Тебе, Джорджиана, стоит сейчас осмотреть свою комнату и распаковать вещи, — посоветовала ведьма. — Меня не будет до позднего вечера, так что воспользуйся временем, чтобы привыкнуть к новому дому и осмотреть окрестности.
Я поблагодарила её и вышла из кабинета, ощущая на плечах одновременно груз ответственности и крохотное, едва заметное облегчение.
Что ж, пойду осматривать ведьмин дом, хотя точнее — ведьмино поместье. Почему-то я была уверена, что здесь найдётся на что посмотреть.
С вещами я поднялась на второй этаж. Деревянные ступени приятно поскрипывали, под ногами ощущалась лёгкая пружинистость, будто дом был живым и с интересом прислушивался к каждому шагу. Коридор был широкий, с окнами в витражных рамах, по стенам тянулись бронзовые канделябры.
Практически все двери были аккуратно пронумерованы — строгие чёрные цифры на матовых табличках. Наши с Лилиан комнаты находились рядом: «13» и «14». Я невольно улыбнулась — в этом было что-то символичное, будто нас специально поселили рядом, чтобы мы могли стать друг другу ближе.
Я открыла дверь своей комнаты, желая хоть ненадолго остаться наедине с собой после целого водоворота событий. С первой встречи с малышкой я не позволяла себе ни расслабиться, ни выказать растерянности или страха. Ребёнок, которого уже предавали взрослые, не должен видеть мою неуверенность.
Комната оказалась небольшой, но уютной. В ней было всё самое необходимое: аккуратная кровать под простым покрывалом, крепкий шкаф, столик и стул у окна. Мебель была простой, но куда основательнее и добротнее, чем в крошечной каморке Джорджианы. Пусть и отличалась от того, к чему я привыкла в своём мире, но выглядела очень по-домашнему.
