Полина с Ванькой трудились здесь же, вместе с Маликой и Машкой и ещё восемью домочадцами рыжеволосого Энгиля. Мужчины орудовали лопатами, женщины и малые дети носили землю в мешках в сторону.
Ронстейн командовал укреплением стен и крыш для лучников. Здесь работали более двадцати человек.
Семья Божана была самой малочисленной в деревне. Прочие семьи состояли из не менее чем десяти человек. Вместе с Олли жили двадцать девять домочадцев. На его огромном дворе стоял большой длинный дом, в котором все жили общинным укладом. Такие же жилища были во дворах всех скандинавов, кроме Энгиля, который ставил для родичей отдельные дома, как было принято у славянской и финской частей населения.
В каждом дворе отдельно стояли амбары, хлевы, склады, бани и прочие хозяйственные постройки, по которым теперь ползали люди Сновида и Николая, сообща возводя укрепления для лучников.
С засеянных полей люди тянулись вереницей с охапками наскоро скошенных злаков, оставляя дозревать большую часть урожая, надеясь, что осенью удастся собрать его.
Недовольный, мычащий, ржащий, блеющий скот, который лишили привычного выпаса, сейчас размещали по дворам. На площади выставили большие котлы, у которых возились женщины во главе с Айной – женой Тойво, отвечающего за продовольствие. На столах, которые ещё недавно ломились от угощений во время празднования Ночи обряда, теперь стояли скромные блюда. Люди спешно ели и уходили на работы, давая место следующим.
В углу площади, рядом со складами, сидели Тихон с Захаром и ловко резали с помощниками стрелы из крепких веток. Они затачивали края прямых стрел и складывали их в корзины, которые подхватывали подмастерья и относили на другой край площади, где на свободных от трапезы столах развернулся смотр оружия, за которым внимательно следили Олли с Гуннульвом. С утра каждый своельжец принёс всё, что могло служить орудием: ножи, топоры, серпы, косы, заготовки для стрел, молоты и даже несколько мечей. Часть из принесённого было в отличном состоянии, но большинство нуждалось в ремонте. Йоллун скептически рассматривал железные изделия.
– Ну что скажешь, брат? – хлопнул по могучим покатым плечам Йоллуна Гуннульв.
– Сразу видно, что давно не знала бед Своельга, – хмуро пробасил мужчина, – лезвия тупы и покрыты ржой. Можно ли было представить, чтоб викинг держал свой меч или топор в подобном состоянии? – угрюмо хмыкнул Йоллун, беря в руки кинжал и грустно проведя пальцем по лезвию.
– Сейчас не время тоски по прошлому, – сказал Олли, – сможешь привести их в должное состояние?
– Конечно, – отложил в сторону кинжал Йоллун, – очистить от ржавчины да заточить. Что-то придётся выправить, —указал он на кучку покорёженных инструментов и орудий. Думаю, к новому восходу солнца управлюсь, если буду работать с парой помощников.
– Они у тебя будут, – расплылся в широком оскале Гуннульв, с гордостью глядя на своего домочадца.
– А вот времени до утра может не быть, – Олли, и без того хмурый, ещё больше помрачнел, глядя, как на площадь галопом въезжает Лейв и трое его людей. Лошади тяжело храпели от долгой скачки и лоснились от пота, покрывающего их крупы. На лицах разведчиков застыло тревожное выражение.
– Олли! – на ходу спрыгивая с лошади, крикнул Лейв и подбежал к главе Совета, – мы видели отряд порядчиков на нашей дороге. Если их ничто не задержит, они будут здесь ещё до захода солнца.
Олли крепко выругался и посмотрел на небо, которое снова затягивало тучами, обещавшими ливень.
– Сколько их?
– Точно не знаю, не успели сосчитать. Но точно несколько десятков. Может даже сотня. Большинство из них – воины на лошадях, с ружьями. Были там и пешие в белых одеяниях, которые несли белые знамёна с жёлтым крестом. Примерно человек десять и они безоружны.
Олли вопросительно посмотрел на Лейва.
– С крестами, говоришь? – глава Совета от чего-то сразу вспомнил мужчину с Ближних островов – епископа, который упрямо не соглашался верить, что находится в мире, сотворённом богами язычников. – Вас видели?
– Нет, – мотнул головой Лейв. – Мы наблюдали за ними из укрытия и после сразу направились сюда.
– Хорошо. Поешь со своими людьми и присоединяйся к работам, – Олли пожал руку Лейва и повернулся к Гуннульву. Разведчики устремились к котлам, где готовили еду их жёны. – Гуннульв, когда вернутся твои люди?
– Они с самого утра ушли в лес, – мужчина, прикрыв ладонью глаза, посмотрел на солнце, которое преодолело самую высокую точку в хмурящемся небе и теперь медленно клонилось к закату, – Скоро они уже должны вернуться с добычей.
– Им надо поторопиться.
– Мой рог призовёт их, – Гуннульв снял с пояса охотничий рог, который всегда носил с собой, глубоко вдохнул и дунул в него. Над Своельгой раздался низкий протяжный рёв, который спугнул стаю воробьёв, прятавшихся в ветвях деревьев за оградой.
Олли одобрительно кивнул и обратился к Йоннульву.
– Бери помощников, сколько надо и делайте сколько успеете, – хмуро глянул он на одобрительно кивнувшего головой мастера. – Гуннульв, займись раздачей и сортировкой оружия.
