– Ваня? – осторожно окликнула парня Полина. Он резко выпрямился и повернулся. В руках он сжимал большой нож и топор на светлой деревянной рукояти. Полина удивлённо подняла бровь и настороженно спросила. – Что ты тут делаешь?
На лбу Ивана пролегла морщина. Он насуплено посмотрел на свою подругу, потом на оружие в руках.
– Решил достать оружие Божана, пока его нет. Вдруг порядчики уже сейчас нападут на нас. Я не хочу встретить их с пустыми руками, – процедил он сквозь сжатые зубы, с вызовом глядя на Полину.
– Чего ты злишься на меня? – она сделала шаг навстречу Ваньке.
– Я не злюсь, – буркнул в ответ парень и отвёл взгляд.
– Ваня, – Полина тяжело вздохнула, – ты должен поверить мне.
– Ты не умеешь врать, – оборвал её парень, – ты не просто ходила тогда прогуляться! Когда ты врёшь, у тебя щеки краснеют.
Глаза Полины забегали. Ванька был её единственным другом в Своельге, не считая Кати и она чувствовала перед ним вину.
– Ладно, – с горьким сердцем, решилась она сказать правду. – Я ходила к ней. И мы говорили с Фаврой, после чего она взяла с меня слово, что я не скажу о нашей беседе. Пойми меня! – Полина всплеснула руками. – Я ведь обещала.
– А зачем ты вообще пошла туда, если мы договаривались пойти все вместе? Это ведь я увидел тогда этого незнакомца! – Ванька с досады кинул звонко брякнувшие топор и нож обратно в сундук. – А ещё друг называется. То же мне!
– Я действительно не могла уснуть той ночью. И решила сходить одна. Не знаю, что меня дёрнуло. Но ноги сами повели к ней. Я не хотела тебя будить, иначе Машка бы тоже проснулась и тогда мы бы не смогли вообще никуда уйти.
Полина замолчала и ищуще посмотрела на Ваньку, который смотрел на неё в упор, сложив руки на груди и кусая губы.
– Извини меня.
Ванька ещё сильнее насупился, но всё-таки примирительно опустил руки.
– Что ты узнала? Кто это был?
– Она мне не сказала, – оживилась Полина. – Но ты был прав. Она действительно с кем-то виделась в тот вечер.
Ванька возмущённо фыркнул и расправил плечи, горделиво смотря на подругу.
– Она мне сказала, что ждала, что я приду, – Полина задумалась, снова вернувшись к тому дню. Она неоднократно прокручивала в голове разговор с ведуньей, её слова о том, что та видит вокруг неё искры, свечение. Полина передала Ваньке полностью тот разговор с Фаврой. Он стоял и слушал с открытым ртом. Когда девушка закончила рассказ, Ванька, взъерошив рукой волосы, спросил:
– И что всё это значит?
– Я не знаю, – вздохнула Полина, – она сказала, что ей надо уехать, чтобы выяснить это. Она не была со мной до конца откровенной. Я знаю не намного больше, чем ты. Всё это так странно. Ещё эти новости о порядчиках. Что нас ждёт? – девушка встревоженно посмотрела на Ваньку.
– Она как будто бросила нас, – сжав кулаки произнёс Иван.
– Это не так! – возмутилась Полина. – Я верю, что она должна скоро вернуться, – уже чуть тише добавила она. – Только бы с ней не случилось чего плохого.
Тем временем, пока Полина с Ванькой пререкались и примирялись, обсуждали Фавру и разговор Полины с ней, на вечевой площади, под сгущавшимися в небе тучами сидели двенадцать мужчин и вели тихую беседу. Они спустили стулья с постамента и расставили их в круг по деревянному настилу площади, чтоб было сподручнее разговаривать. Порывы влажного ветра становились всё сильнее. Ветер срывал листья с деревьев и уносил их прочь, словно в спешке отправляя письма по округе, предупреждая о надвигающейся грозе. Скрипели деревья, шуршали ветками, обсуждая недобрые вести вместе со старейшинами, давали советы людям, которые не могли понимать язык растений. Тяжёлые тени раздумий легли на лицо Олли, искажая его и без того жуткие черты. Шрам на лице горел пунцовым швом. Глава совета сидел, опустив бороду на грудь и сложив руки на коленях и внимательно слушал товарищей, замершими статуями восседавших в кругу.
Ронстейн и Божан уже высказались. Они оба брались за организацию возведения укреплений вокруг деревни. О стене речи быть не могло. Не успеть поставить её. Но оборудовать некоторые фортификационные сооружения они могли. Им вызвались помочь Энгиль, который, как и Божан, был плотником, а также Сновид, знавший толк в осаде замков, штурмуя в далёком прошлом каменные твердыни христианских королей и мог дать дельный совет.
Сейчас говорил Матти. Вместе со своими финскими родичами, семьями Тойво и Лейва, они взялись за подготовку провианта для всех жителей, пока те будут заняты на работах.
