– Часть посевов мы можем собрать уже сейчас, – заканчивал речь худощавый финн среднего роста. Он брил бороду, а длинные, почти белые волосы, убирал в хвост. Светлые серые глаза мужчины были спокойными. Говорил он размеренно, не спеша, певуче растягивая слова как и многие его сородичи. – Чтобы не отвлекать остальных от работы, наши семьи будут готовить еду и выставлять её на площади. Предлагаю организовать смены, чтобы не занимать всю площадь столами и люди могли есть поочерёдно. Так и работа будет идти непрерывно. Тойво с Лейвом выйдут на Тую за рыбой. Рано утром лодки уже должны быть спущены на воду. Также, я думаю Збишек не будет против, вместе с ним мы займёмся скотом. Надо загнать животных в стойла. Им это будет не по нраву, но выхода нет. В открытом поле мы потеряем много голов.
Збишек, который выгонял скот на пастбище и держал несколько десятков коров, быков, овец, а также кур и гусей, согласно кивнул.
– Тихон с Захаром уже предложили свою помощь, – взял слово Николай, – моя семья поможет им – мы организуем отряд лучников и смастерим сколько сможем луков и настругаем стрелы. Враг будет встречен градом наших стрел!
Речь Николая отличалась пафосом, что вызвало усмешки со стороны Ронстейна и Гуннульва – крепкого викинга, кем он был в прошлом. Длинная, заплетенная в тёмно-русую косу борода спускалась ему до самого пояса. Взгляд карих глаз был тяжёлым, прожигающим.
– Мы отправимся на охоту, – ухмыляясь, сказал Гуннульв. Он сидел, широко расставив ноги и уперев локти в колени, исподлобья глядя вокруг. – Мы с моей семьёй обеспечим деревню мясом. К тому же Николаю понадобятся перья, – он бросил насмешливый взгляд на Николая. – Также берусь собрать по всем дворам пригодное оружие. Йоллун прежде был неплохим кузнецом. Посмотрим, что сможет сделать мой родич. Уж заточить топоры и ножи ему будет по силам.
– Добро, – вступил в разговор Олли. – Я, в свою очередь, помогу тебе с вооружением. Божан, ты отвечаешь за защиту деревни, – обратился глава Совета к столяру, который согласно кивнул в ответ. – Ронстейн, Энгиль и Сновид тебе в помощь. Он – ваш ярл на это время, – Олли сурово сверкнул глазами на Ронстейна, который уже открыл рот, чтобы высказать своё недовольство отведённой ему роли подчинённого, – любое неповиновение буду считать личным предательством. Мы ввязываемся в войну. Сейчас не до проявлений своей удали.
Ронстейн нахмурил брови, но не стал возражать. Энгиль и Сновид согласились сразу. Они чтили Божана наравне с Олли.
– Я отвечаю за вооружение. Гуннульв с Николаем со мной, – два старейшины кивнули. При этом Гуннульв состроил Николаю неприятную рожу и подмигнул неожиданному напарнику. Николай никак не проявил эмоций, сдержанно восседая на стуле, хотя ему явно не в радость было вести одно дело с грубым мужланом вроде Гуннульва.
– Тойво, ты отвечаешь за провиант. Вместе с Матти и семьёй Лейва. Вы, – Олли посмотрел усталым взглядом на старейшин, – полностью подчиняетесь Тойво. Збишек и Веселин – вы организуете защиту женщин и детей, которые не могут держать в руках оружие. Всех надо увести в Безымянный лес и соорудить там временное убежище. Веселин – старший.
Олли хлопнул себя по коленям и встал.
– Теперь все за дело. Нельзя терять ни минуты! Этой ночью спать не придётся. Лейв! – Олли взглянул на стройного финна, задумчиво поглаживая свою бороду, – возьми трёх своих людей. Надо разведать территорию. Ты всегда отличался особой ловкостью, должен справиться с этим делом лучше прочих. Порядчиков надо ожидать с юга. Они уверены в том, что никто не окажет им сопротивления и не станут скрываться и пойдут по тракту. Вы же должны не выдать себя. Всё ясно? Как только увидите их – сразу ко мне.
Лейв кивнул и поспешил покинуть площадь вслед остальным старейшинам. На площади остались Олли и Ронстейн.
Ронстейн подошёл к Олли, который был на пол головы ниже товарища.
– Почему ты поставил Божана выше меня? – в раскатистом голосе мужчины сквозило явное недовольство. – Ты не доверяешь мне?
– Потому что ты, друг мой, слишком резок, – Олли нахмурился. Он прекрасно знал вспыльчивость своего друга. – Божан же сумеет сплотить вокруг себя людей. Я опасаюсь, что ты можешь перегнуть палку.
Ронстейн впился глазами в Олли, но ничего, не сказав, резко развернулся и размашистым шагом покинул площадь. Глава Совета покачал головой, глядя вслед уходящему и перевёл взгляд наверх. Над Своельгой повисла черная туча. Ветер лохматил волосы Олли. На лицо старейшины упали первые капли дождя.
– Всеотец! – крикнул он в высь. – Где ты? Самое время тебе показаться нам. В этих землях был рождён твой потерянный сын. Яви же нам свою милость, – прошептал Олли, опустив глаза вниз и сжав кулаки.
