– Дома поговорим, – коротко бросил отец. Впервые папенька меня не обнял, не назвал ласково Марго. Обиделся? Так и я обиделась. Почему он решил отдать меня за толстяка барона? Я сама все слышала, как они разговаривали про брачный контракт, и Прохор слышал. Начала себя накручивать, чтобы снова разозлиться. Нет моей вины, что портальный артефакт сработал не так, как надо. Если бы все шло, как я запланировала, то тетушка, когда узнала бы про барона и свадьбу полностью встала на мою сторону… а потом я вспомнила про две мужские фигуры в защитных сферах. В отличие от тетушки и князя я их плохо рассмотрела, не успела. Если бы они на нас напали, а рядом не было бы Дмитрия, то… думать о плохом не хотелось, и я стала смотреть в окно, отгоняя подальше мысли об отцовском наказании за мой побег, с надеждой уверяя себя, что папенька все поймет и передумает отдавать меня за фон Штейна.
Послышался голос брата, он велел кучеру гнать к порталу, а сам залез внутрь. Алексей в отличие от папеньки, снова обнял меня, обращаясь к отцу:
– Кто—то пытался похитить Марго, поэтому и подожгли дом тетушки. – Магический удар был такой сильный, что если бы не князь Драконов, то мы бы потеряли обеих.
– Инесса терпеть не может амулеты и пользуется ими лишь в крайних случаях. А где твоя защита, Марго? – взволнованно спросил отец. – И ожерелье… оно было наполнено такой сильной магией, как десять защитных браслетов, которые я тебе подарил. И что на тебе за одежда? Мужской плащ, а там…
Папенька нагнулся вперед, дернув за застежку на плаще и отрывая ее.
– Что за тряпки? Где парчовое платье? Как ты вообще додумалась сбежать неизвестно куда посреди праздника? Ты хоть можешь себе представить, что мне пришлось врать гостям, лишь бы обелить твое имя, – рявкнул отец, а я вжала голову в плечи. – Чуть не опозорила все семейство! Весь род! Что за блажь возникла у тебя?
Все больше распалялся отец, он вскинул руку с золотыми защитными перстнями на каждом пальце. Я закрыла глаза и спряталась в объятьях брата. Алексей крепче прижал к себе.
– Сам пороть буду, если не покаешься и прощения у матери не вымолишь, – голос отца как топор мясника, разрезал воздух. Стало страшно и стыдно одновременно. Никогда папенька так со мной не разговаривал…
– Прости, – жалобно произнесла я, слезы мешали говорить. Я лишь сильнее сжимала плечи старшего брата. Он, в отличие от среднего, был всегда добрее ко мне, может, потому что старше на десять лет или характер более спокойный как у маменьки. Александр резкий и жесткий, как отец, но внешностью больше походил на маму. Говорили – копия дед, которого уже не было в живых.
Экипаж несся по улицам Старого Оскола, все ближе подъезжая к порталу, перекресток мы уже проехали. Алексей снял кольцо с сапфировым камнем с мизинца и надел его мне на большой палец.
– Пусть будет, а то совсем без защиты не стоит ходить, как тетушка, – улыбнулся брат, а отец едко бросил.
– Ей защита еще не скоро понадобится. Запру дома, пока замуж не отдам.
– За барона фон Штейна не пойду, хоть режьте, – упрямо произнесла я. Отец удивленно вскинул брови, ответить не успел. В наш экипаж попал удар такой силы, что меня подбросило на сиденье. Я сильно стукнулась головой и потеряла сознание.
***
Мышь знал: если девица исчезнет в портале, то ему с Рыжим больше не видать не только толстого кошелька, но и голубого неба. Поэтому, едва мерзавец понял, что за дочерью купца приехали, сразу начал действовать. Плана особого не было, Мышь, как всегда, рассчитывал на удачу. Поэтому нанял экипаж и велел кучеру ехать в сторону портала и остановиться, не доезжая до него. Времени у мерзавца оказалось предостаточно, и он хорошо подготовился. Всучил кучеру кошелек с золотыми монетами и попросил ждать, пока Мышь не крикнет: «Трогай!»
Едва наемный экипаж с девицей обогнал экипаж бандита, он приказал кучеру ехать, а сам выпрыгнул из кареты и щелкнул магией по крупу лошади. Животное испуганно заржало и рвануло вперед. Кучер гневно закричал, пытаясь остановить лошадь. Но было уже поздно, животное затормозить не успело и на полной скорости врезалось в карету.
«Надеюсь, девица жива», – поздно спохватился Мышь и бросился к разбитому вдребезги экипажу, который лежал на боку. Случайные прохожие пытались помочь выбраться из кареты пострадавшим пассажирам. Женщины вскрикнули, когда достали молодого мужчину без сознания, а следом девицу. Ее лицо и одежда оказались в крови. Кто-то из горожан заботливо положил под головы раненых пассажиров вязаные шапки, чтобы они не лежали на голом снегу. Надо было торопиться, пока не появились стражи порядка.
Мышь пробрался через толпу к девице в тот момент, когда горожане помогали вылезти из экипажа еще одному мужчине. Он был старше и крепче молодого, а хуже всего для бандита – в сознании. Мышь сразу понял, что перед ним купец Белолипецкий. Не для того мерзавец так старался, чтобы добыча ушла у него из-под носа. Пока все отвлеклись на купца, Мышь подкрался к девице и поднял ее на руки.