– Рыжий тоже был когда, мы с вашей сестрой стояли возле сгоревшего магазина госпожи Кошкиной, то я заметил его и бросился в погоню. Жаль, не удалось поймать бандита. А вот Тощего мой дядя схватил, и мы его даже допросили. Так, я узнал, что в кабаке «Красный бык» Тощий заключил договор с заказчиком, и тот его ждал. Заказчик, к сожалению, тоже ушел, но я успел выяснить о господине Брадобрее. Забрался к нему в дом, который больше похож на крепость, вскрыл сейф. Внутри лежал толстый журнал с записями, уверен, он был бы интересен главному над стражами порядка страны.
– Если дать наводку? Пусть проверят этого Брадобрея, – жестко сказал купеческий сын.
– Просто так на чужую территорию не попасть. Необходимы доказательства причастности господина Брадобрея к преступлениям. Тут и меня могут арестовать за незаконное проникновение в чужой дом, – пояснил Дмитрий. – Тощего стражам порядка передадут, если уже не передали. А нам нужно госпожу Белолипецкую спасать. Вы, скорее всего, не объявляли о ее пропаже. Верно?
– Отец боится за репутацию Марго, – хмуро подтвердил Алексей. – Одна надежда на ваше кольцо-артефакт. Если Воробьев допустил ошибку при наложении связки магического портала, то сейчас это сыграет нам на руку. Есть у вас предположения, что за заказчик господин У?
– Нет, но я его видел в кабаке. Он сидел за дальним столиком, одет был в черный плащ, подбитый мехом. Носатый такой, лицо кажется вытянутым из-за острого подбородка, маленькие глазки с прищуром. Рожа бандитская, я сразу определил, что он наниматель, – рассказывал князь.
– Но он тоже, скорее всего, лишь исполнитель. Не думаю, что настоящий заказчик станет сидеть в таких местах, – Алексей вскочил и заметался по комнате, как дикий зверь в клетке. Если бы купеческий сын знал, где находилась Маргарита, то сразу бы рванул за сестрой.
– Мне бы хорошего коня и к утру я бы уже был в замке графа Муромского, а там…, – Дмитрий не успел договорить, как его прервал Алексей.
– Я поеду с вами, и это не обсуждается. Тимофею все объясню, он утром передаст тетке. Отец завтра здесь будет, если что, ее поддержит, а там и помирятся с тетушкой, – молодой мужчина остановился, и в голубых глазах горел такой решительный огонь, что Дмитрий понял, никто и ничто не остановит Алексея поехать с ним.
– Через портал в Златоустье нам нельзя, за мной была погоня, и бандиты ждут меня в засаде, я уверен. Придется делать крюк, – князь вытер салфеткой рот и поднялся. Один Дмитрий добрался бы быстрее, да и сил бы меньше истратил. Но… придется согласиться на попутчика. – Не будем терять времени, захватите с собой в дорогу самые лучшие защитные амулеты. Буду благодарен, если вы одолжите мне и теплые вещи, а также верхнюю одежду.
– Князь, вы получите все, что скажете, – Алексей метнулся к двери, за которой ожидал Тимофей. Дмитрий услышал, как купеческий сын отдавал приказания о гардеробе князя, а также велел приготовить экипаж. Тимофей отвечал сонным голосом, что все сделает.
Через несколько минут двое молодых людей летели по ночному городу. Как только экипаж госпожи Кошкиной выехал на дорогу до Златоустья, князь применил магию, и кони помчались быстрее ветра.
Прохор торопливо скидывал вещи и толстые кошельки с золотыми монетами в сумку. Решил взять самое основное, чтобы слуги, которые попадутся навстречу, не догадались, что Прохор Михайлович бежать собрался из дома купца.
– Эх, надо было еще вчера уйти, – в сердцах воскликнул Прохор, застегивая сумку и вешая ее на плечо. Вот как только посыльный вручил письмо купцу, а тот заперся в кабинете. Никто бы и не заметил ухода секретаря, время уже было позднее. Ранним утром в доме не спят только слуги, поэтому есть шанс. Что подумает купец о нем, Прохор старался не думать. Страх мешал соображать, а совесть вынуждала пойти покаяться, пока еще не поздно, но Прохор уже понял, что вляпался по самое не хочу, когда согласился на работу господина Уварова. Теперь только уезжать прочь из страны и начинать дело за границей. Когда Прохор соглашался, думал, все пройдет легко и будет он жить спокойно дальше, только все чаще снился один и тот же сон: входил Борис Игоревич к нему в комнату, хватал за шкирку и тащил на костер, который разожгли прямо во дворе. Все слуги, сыновья купца, Анна Алексеевна, Маргарита Борисовна кричали: «Попался, неблагодарный паразит!» Борис Игоревич кидал Прохора в огонь, и секретарь просыпался в холодном поту, а по телу пробегала дрожь от ужаса.
Предатель только взялся за ручку на двери, как осторожно постучали. Секретарь замер, сердце в груди забилось сильнее. Стало страшно. Предательства Борис Игоревич не простит. «Спокойно, Прохор. Выдвинутые обвинения еще надо доказать. Мало ли что взбрело в голову девчонке. А уйти он всегда может, свободный человек в конце концов».
Секретарь глубоко вдохнул и выдохнул, стараясь успокоиться, и только после этого приоткрыл дверь. Увидев молоденькую горничную, рыкнул:
– Чего надо?
Девушка вздрогнула, смяла белоснежный передник кулачками и тихо протараторила: