Лиетарис с грацией кошки отпрянула и бросилась в заросли. Пока остальные не успели опомниться, Высокая эльфийка растворилась в лесу. Пускай заросли в Огненных землях выглядели странными, лес являлся ее родным домом. Лиетарис осторожно ступала по земле так, чтобы не оставлять следов. Избегала скоплений пепла.
— У нас ведь был уговор! — прокричал он ей вслед.
— Считай, что наш уговор расторгнут! — не выдержала она, высказавшись напоследок. Хотя стоило помалкивать и не выдавать себя лишний раз.
Да еще и метнула ненавистный ошейник в сторону лагеря.
— Она там! Схватите ее! Поймайте! Это приказ! — разорялся купец.
Слуги начали прочесывать лес, однако Лиетарис спряталась хорошо. Высокие эльфы искали беглянку без большого энтузиазма. Они тоже старались сопротивляться приказам человека. Одному из них удалось сбежать из плена, что являлось большим достижением. Приказы Мрадиша они выполняли спустя рукава.
Сидя на ветке раскидистого дерева, Лиетарис терла свою шею. Было крайне непривычно чувствовать собственную кожу без проклятой полоски ошейника. Артефакт довлел над ней, заставляя разум плавать в тумане. Даже обычный ошейник мешал мыслить. Только сейчас она ощутила полную ясность и быстроту ума. Эйфория захватила Высокую эльфийку.
Она обрела свободу. СВОБОДУ!
— Лучший день в моей жизни! — произнесла она, едва сдерживая слезы радости.
Поисковые отряды продолжали бродить по лесу. На этот раз они выкрикивали предупреждения, угрозы и просьбы Мрадиша.
— Мастер согласен обменять тебя на другого слугу! Он готов освободить двоих или даже троих Высоких эльфов, если ты вернешься… Сестра, беги отсюда скорее, не слушай его!
— Мастер просит тебя оставить зачарованный меч Гилберта! Это его имущество, а не твое… Удачи тебе, сестра! Пусть солнце не заходит над твоей головой, а листва укрывает от дождя!
— Мастер Мрадиш требует вернуть доспехи и оружие! Кстати, если ты меня слышишь, сестра: попробуй убить поганца ночью. Мы с караульным отойдем по нужде, и в этот момент… Ай, корни Вседрева! — ругнулся Высокий эльф. — Ошейник мне запрещает даже думать о вреде мастеру… В общем, если ты меня слышала, надеюсь, поняла, о чем речь…
Нет, менять себя на других Высоких эльфов или возвращать экипировку она не собиралась. Оружие будет ей компенсацией за все то время, полное унижений, издевательств и рабского труда.
— Поняла… — скупо обронила Лиетарис про себя.
Да, действительно. Она могла попытаться убить Хорана Мрадиша. Она прекрасно знала его привычки. Знала, в какое время он наиболее уязвим, когда ложиться спать и когда сосредоточен на магических тренировках. Она знала Хорана Мрадиша как облупленного. Достаточно убить работорговца, и слуги обретут свободу. Ну как свободу? Еще предстоит избавить их от ошейников, ибо смерть хозяина артефакты не открывала, но то дело наживное. Либо можно попробовать пленить мастера и подвергнуть пыткам. Заставить его снять ошейники с рабов. Правда, это весьма рискованная затея, которая может обернуться крахом.
Лиетарис обдумала эти мысли с разных сторон. И вердикт оказался неутешительным. Она не могла убить Мрадиша. Просто потому, что не могла. С прошлым Хораном проблем бы не возникло. Ее рука бы не дрогнула. Она бы с радостью вонзила клинок в его гнилое сердце. Новый же Мрадиш, хоть и не полюбился ей, вызывал определенную… симпатию, наверное. Самую малость.
Лиетарис понимала, что могло привязать к нему Ниуру и Лейну. Сама она таких эмоций не разделяла, но отнять жизнь Мрадиша бы просто не смогла. Рука не поднимется. Она встречала в своей жизни намного более мерзких представителей рода людского. И даже среди Высоких эльфов находились те, кого она ненавидела больше Хорана.
Она не сможет убить мастера, и в этом заключалась основная проблема. Хотя на кону стояли свобода и жизни ее дорогих сородичей — Высоких эльфов. Даже это не помогало. Слишком много времени они провели вместе, слишком во многих передрягах побывали. Сплотились, сблизились. Словно хорошие знакомые, чуть ли не друзья.
— Скверно, — вздохнула она, размышляя над своими дальнейшими действиями.
И что же ей предпринять? Куда податься? Свобода пришла нежданно-негаданно. Она не была к ней готова. Привыкла следовать на поводу за хозяином, словно питомец на привязи. Время шло, и постепенно разные планы начали вырисовываться. Самым очевидном вариантом было — вернуться в Священный Лес. Раз уж она не могла убить Мрадиша, стоило оставить его в покое.
Ниуру и Лейна сами выбрали свой путь. Судьба Красной эльфийки ее более не беспокоила. Ниуру перешла на сторону Мрадиша, и, по всей видимости, ее уже не спасти. С Ульдантэ сложнее, но Лиетарис в любом случае не испытывала какой-то привязанности к Лунной. Другой вид эльфов — пусть сами справляются с проблемами.
