— Ничего ты не можешь, — Орлов оставался непреклонен. — Везде нужна физическая сила. Отдыхай, я не хочу, чтобы твой отец мне потом голову за тебя открутил.
— Мой отец? — Филипп скривился и горько хмыкнул. — Да плевать ему, даже если загнусь тут от боли.
— Было бы плевать, ты бы так и шатался дальше по борделям и клубам, — отрезал Данила. На Ларина он совсем не смотрел, куда интереснее ему была тарелка, опустевшая уже, к слову.
— Что, папочка уже нажаловался?
— Нет, просто сделал выводы, — Данила поднялся из-за стола. — Посуду вымоешь и можешь заниматься, чем хочешь.
— Мне постирать надо, но нагибаться нельзя, — пожаловался Филипп. Он пока спустил на тормозах слова о борделях, надоело оправдываться. — Не думал машинку купить?
— Зачем? — уточнил Орлов. — Ты через месяц уедешь, а я и так неплохо справляюсь. А для крупных вещей в городе прачечная есть.
— О, — Фил воодушевился. — Отвезёшь?
— Нет, — Данила составил посуду в раковину. Складывалось ощущение, что он делает всё, лишь бы не смотреть Филиппу в глаза. Интересно. — Возьми табурет, поставь на него таз, так тебе не придётся наклоняться.
— Узурпатор, — прошипел чуть слышно Филипп. Орлов в этот момент вышел из комнаты, вроде не слышал. А даже если бы слышал, плевать. Не прибьёт же. И за большее не трогал.
Но Данила вернулся буквально через минуту. Бросил в Филиппа чёрной футболкой.
— Оденься.
И снова ушёл. Фил посмотрел ему вслед ошарашено, а потом довольно улыбнулся. Ха. Значит, не остался равнодушен к его эксгибиционистскому порыву.
Филипп чувствовал себя чёртовой золушкой.
Честное слово. Посуду вымыл, одежду свою выстирал. Осталось только зёрна от плевел отделить и можно замуж за принца. Принц, правда, несговорчивый попался, да и вообще тот ещё мудила. Но и Ларин на принцессу не особо тянул.
Хотя как-то раз даже надевал платье. Проспорил тогда по пьяни. Угарно получилось. Но повторять вряд ли рискнёт, да и не оценил бы Данила. Представив его выражение лица, Фил расхохотался.
Он действительно всё постирал, даже выжал по мере возможности, но требовалось ещё и развесить. Пришлось подхватить таз и тащиться на улицу. Видел бы его сейчас Игорян, уссался бы от смеха.
Орлов занимался какими-то делами в сарае. Дверь была распахнута, оттуда доносился шум инструментов. Филиппу жутко хотелось поглазеть, но он решил не перебарщивать с напором. Иначе вместо приручения жеребца получит копытом по лбу. Тот и так норовил постоянно лягнуть.
Развешивая вещи на верёвке, Фил постоянно поднимался на цыпочки. Всё-таки Орлов был выше. Его футболка задиралась, и Филипп чувствовал прожигающий спину взгляд. Неужели Данила выполз понаблюдать. Резко обернувшись, Ларин не увидел у сарая никого, зато к калитке вдруг побежала Тайга, звонко залаяв. Там, и правда, кто-то был.
Между лопаток пробежал неприятный холодок. Филипп поискал глазами Данилу, и тот не заставил себя ждать. Вышел на лай своей собаки. Ларин кивнул ему в нужную сторону, и Данила, хмурясь, пошёл открывать.
Филипп маячил у него за спиной, пытаясь разглядеть незваного гостя. Во-первых, Данила его действительно явно не ждал, во-вторых, этот человек пялился на Фила, неприятненько.
— Иди в дом, — буркнул Орлов, едва посмотрев, кого там принесло.
— Неа, — нахально заявил Филипп. Он всё-таки не пленник и не частная собственность. Данила скрипнул зубами и отпер калитку.
За ней стояло несколько мужчин. Самый главный тут же вперил в Фила пронзительный и жутко неприятный взгляд. Этот он пялился. Гандон какой-то, судя по роже.
— Стас, — холодно поздоровался Орлов. — Чем обязан?
— Впустишь? — мужчина медленно перевёл взгляд на Данилу и приподнял брови. Выглядел он как-то скользко. Одет довольно дорого, в приличного вида кэжуал, модная стрижка, хорошая обувь, часы. По всем параметрам должен производить приятное впечатление, но какая-то аура у него была хреновая.
Филиппу не понравилось. Он уже пожалел, что не свалил в дом. Но сбегать сейчас было бы крайне странно. Поэтому остался стоять, с интересом слушая чужой разговор.
— Не впущу, Стас, — голосом Данилы можно было резать металл. — Зачем явился?
— Ну, что же ты такой несговорчивый, — Стас улыбнулся, и стал ещё более неприятным. Шакалёнок какой-то. Интересно, что же ему надо от Орлова. Не дров же. — Я надеялся, что мы наконец решим вопрос миром.
— Я тебе уже трижды давал свой ответ, — Орлов сложил руки на груди, всем видом показывая, что дальше никого не пропустит. — И он не поменялся.
— Ладно, — мужик поднял руки, вроде как признавая поражение. — Я понял, миром ты не хочешь. Что ж, ещё увидимся.
Он окинул Филиппа внимательным взглядом и ушёл к тонированному джипу. Охрана, а это явно была она, двинулась следом.
— Что это за хмырь? — поинтересовался Фил, когда они с Данилой остались одни. — Борзый такой. Бандит, что ли?
— Бизнесмен, — выплюнул Орлов. — В следующий раз, если я говорю идти в дом, ты идёшь в дом.
— Что вы с ним не поделили? — любопытство Филиппа оказалось сильнее его инстинкта самосохранения.