— Это призрак, — сказал за моей спиной Даль. Я так сосредоточился на проклятии, что забыл о его присутствии. Ну да, призраку не обязательно сохранять те чувства, которые испытывал человек, но…
— Олли, отойди, — меня решительно взяли за плечо. Я только теперь понял, насколько мне холодно. Даль тянул меня прочь от постели. Рядом с нами застыла Глана… Призрак с шевелящимися волосами, которые будто подхвачены водой. От ветра так не вышло бы. В воздухе плавали искорки замерзшей воды. Тонкая серая рука вытянулась и замерла над лицом Милара. Голова юноши приподнялась, словно повинуясь этому движению.
— Остановись! — выкрикнул я. Даль, не дожидаясь продолжения, выхватил меч и ткнул в призрака. Глана исчезла — чтобы тут же появиться по другую сторону постели. Она смотрела на нас и губы ее шевелились.
«Помоги», — вот и все, что я сумел разобрать.
— Я не смогу тебе помочь, извини, — сказал я. — Но если ты скажешь, где находится твое тело, я обещаю прекратить твои страдания.
«Он тоже страдает», — почти услышал я.
— Да, столько же, сколько и ты. Оставь его.
Губы снова шевельнулись в ответ, но я так и не понял, что еще пыталась сказать мне Глана. Она просто растаяла, оставив после себя ковер наползшего инея на полу, водяную взвесь в воздухе и — аромат цветов.
Я оглянулся. Стелла не выглядела испуганной, скорее, она напоминала ученого, только что поставившего весьма занимательный, хоть и опасный опыт. Даль деловито убирал в невидимые за поясом ножны «Прощание леса».
— Интересно, — сказал он. — Стелла, ты уверена в своем заключении?
— Да. Молодой человек отравлен и, судя по степени разрушения тканей, уже должен был умереть.
Даль подмигнул мне.
— Призрак, который должен быть уже изгнан и мальчик, которого уже должен был убить яд… Быть может, мы не можем отыскать тела потому, что кто-то скрывает его.
— Зачем? — спросил я, все еще не понимая.
— Их жизни оказались связаны. Такое иногда случается в месте совершения мощных заклинаний. Последствия магического выброса. Именно поэтому Отменяющие не могут покинуть столицу вашей страны. Они обязаны держаться ближе к Звонкому бору, в противном случае их силы истощатся. А равно — ослабнет и Ругр… тот, кто был Амарантом когда-то и оказался связан с Домом-в-тумане и твоим предком, Алоизом Терном. Конечно, случаи несравнимы по силе примененной магии. To, что совершил Алоиз Терн, обеспечило Амаранту почти бессмертие. Правда, не уверен, что, спустя столько лет, он все еще благодарен за свое спасение…
Меня удивила не столько сама суть истории. Вариант легенды об Алоизе и Амаранте в исполнении хранителей я уже слышал. Но впервые эльф говорил с истинным сожалением, какой-то даже тоской. Будто думал о своем.
— И ты полагаешь, что те, кто вернули Милара Вионам, спрятали тело Гланы и натравили призрака? — в сомнении спросил я.
— Натравили — вряд ли. Для этого им нужен сильный маг, практикующий проклятья. Ты же понимаешь. В прочем… если этот ваш Вион — действительно такая серьезная фигура, может, все так и есть.
Если дело в мести — зачем сохранять жизнь Милару Виону таким замысловатым способом? Отец парня не выглядит сильно уж чувствительным. В прошлое посещение у меня вообще создалось впечатление, что ему куда важнее сохранить чистое имя, нежели обнародовать историю, в которую впутался сын, даже если при этом сам Милар страдает и почти наверняка погибнет. Может, дед Милара — человечнее. На него был рассчитан удар… Наставник Кира не может быть плохим человеком, но в слабости я бы его уличить не смог. В обществе Бертена Виона бывает также неуютно, как и в обществе короля Елизара. Общаться нам приходилось лишь несколько раз, и впечатление об этом человеке у меня сложилось неоднозначное.
Но какая же гадкая выходит история! По-хорошему, нужно вызвать королевских следователей, чтобы они разбирались с этим делом… Король ведь сказал, что моя задача — это поиск места истончения Завесы. Обо всем остальном я могу подумать позже. И рассказать — тоже не сразу.
— Придется задать графу еще несколько вопросов, — сказал я.
Даль засмеялся.
— Господин Вион пожалеет, что снова пустил нас на порог.
Можно подумать, у него был выбор. Особенно после того, как граф узнал, что я ходил к королю!
***
— Я не получал никаких угроз и никаких требований. Я, кажется, уже упоминал об этом, когда вы спросили в прошлый раз, — отрезал граф Вион. Очень уверенно, не колеблясь.
Ну, в принципе, отец Милара действительно мог и не получать никаких требований — их могли предъявить самому Бертену Виону, а тот не посвящал родню в возникшие трудности. Это наверняка было условием сохранения жизни Милара. Если шантаж все же имеет место быть. И если состояние парня вообще можно назвать жизнью…
— Вы пытались изгнать призрака? — спросил вдруг Даль. Мы снова сидели в гостиной, как и в прошлый раз. Даль разглядывал букет, оставшийся на подушке рядом с так и не пришедшим в себя Миларом. Это заметно раздражало графа, который смотрел на цветы с отвращением, будто видел пучок ядовитых змей.
— Дважды, — подтвердил он, отвечая на вопрос. — Все без толку, вы же видели.
