Шаля. Небольшой поселок, нечто среднее между разросшейся деревней и мелким городишкой, расположенный в самом глухом закоулке Среднего Урала. Если бы не открывшийся неподалеку от него сид, о существовании данного местечка Артур так никогда бы и не узнал. И совершенно не жалел бы о подобном обстоятельстве. Говорят, что в Шале прекрасные рыбалка и охота, но увы. Из всех достопримечательностей данного места лично ему познакомиться довелось лишь со здоровенными, наглыми и чрезвычайно злобными комарами. Причем в отличие от нормальных вампиров эти кровососущие пикировщики никакого пиетета перед бардами не испытывали, со злобной радостью впиваясь в незакрытые одеждой места и жужжа над ухом самым зловещим образом.
Так что навещать данную местность вторично у Артура не было ровным счетом никакого желания. Он потер до сих пор чешущийся укус на шее и, повернувшись к не отводящему глаз от иллюминатора Пилипенко, поинтересовался со слабой надеждой в голосе:
– Ты хоть какой-нибудь репеллент прихватил, а?
– Там купим, – разбил все его надежды бывший гаишник.
– Угу. Купим. Как же… – недовольно пробурчал бард. – Если время будет. Ты-то купишь. Это ж не тебе по всяким болотам с комарами таскаться… Ты в уютном гостиничном номере с фумитоксом и ноутом сидеть будешь. Это я с гитарой наперевес в прошлый раз по холмам да лугам скакал.
– Да ладно тебе… У людей беда, а ты каких-то комаров боишься, – отмахнулся от его проблем приятель.
– Если все, у кого беда, с меня по столько крови высасывать будут, то я вскоре сам в какую-нибудь мумию превращусь. А мумии петь не могут. Голос у них не под то настроен. Вот и не будет у вас барда. Падет смертью глупых под жалами комаров… Тебе меня не жаль?
– Вас всех жалеть – никакой жалости не напасешься, – выглядывая в окно уазика, который, подпрыгивая на неровностях разбитой грунтовой дороги, вез их от местного армейского аэродрома к городку, недовольно пробурчал Пилипенко. – Кстати, о рыбках. Когда вернемся, не вздумай протесты устраивать. К тебе прикрепили дополнительную охрану. Вчера вечером погибли еще двое бардов.
– Кто? – дрогнувшим голосом спросил Артур, нервно оглядываясь по сторонам.
Как и любой бард, он не слишком боялся смерти – скованная многочисленными ограничениями жизнь не представлялась ему настолько большой ценностью, чтоб за нее стоило всерьез опасаться. Однако простейший и примитивный, ничего не понимающий в высоких материях и философии животный инстинкт самосохранения заставил его сердце при этом известии забиться куда резвее. Хочешь ты там жить или не очень – это дело разума. Дело же тела – максимально подготовиться к возможной опасности.
– Олег Усманов и Макс О'Келли, – коротко ответил Пилипенко. – Первым О'Келли – взрыв в доме. Ни от дома, ни от него почти ничего не осталось. На взрывчатке, похоже, не экономили. Потом – Олег. Выстрел из «мухи» по машине. Он как раз возвращался с вызова. И по-прежнему – никаких следов. Как призраки какие-то работают. Было решено обеспечить бардам максимальную охрану и держать их место жительства и перемещения в строжайшей тайне.
– Но кому могло понадобиться нас убивать? – в недоумении вопросил Артур. – Зачем это?
– Церкви, к примеру? – с подковыркой поинтересовался Пилипенко.
– А церковь что, не люди? – перевел на него непонимающий взгляд Королев. – Пусть нас там и не любят, но жить-то им хочется? Фейри вообще-то глубоко безразлично, что рушить – церкви и монастыри или жилые дома и офисные небоскребы. Да и цвет кишок обычного человека, монаха или священника отличается очень ненамного, и агония у них у всех, с точки зрения какого-либо трау, одинаково забавная. Мы прикрываем все человечество. В том числе и их. И в случае нашего исчезновения плохо опять-таки придется именно всем без исключения.
– Многие иерархи так не считают. И аргументы у них довольно убедительные, – пожал плечами Пилипенко, видимо окончательно решивший принять роль «адвоката дьявола». – В Смутные годы церкви практически не пострадали. С десяток разрушенных храмов на всю страну по сравнению с тысячами рухнувших жилых и административных зданий – это крайне немного.
– Простая статистика, – махнул рукой бард. – Каково соотношение количества церквей в городах и общего количества зданий? Да и постройка у храмов попрочнее будет. Для любителей подобных развлечений обычно более близкие и легкие цели находились. К тому же большинство мародерских банд обычно храмы обходили сторонкой – охрану себе святые отцы сразу же поставили весьма неплохо. Обычных людей грабить было куда легче и веселее. Вот этим их малые потери и объясня…
– …! – Королев на полуслове был прерван громким и крайне нецензурным восклицанием, вырвавшимся у водителя. – Какого …?! – яростно выругался тот, выкручивая руль.
