Вокруг него царило безумие. Лошади с вытаращенными глазами тащили за собой остатки разбитых повозок или просто оборванную упряжь, топча тех, кто оказался у них на пути. Вампиры оказались поголовно дезориентированными сначала световым, а потом и звуковым ударами — зрение и слух у них ведь куда чувствительнее человеческих. Даже воины, обычно соблюдающие железную дисциплину, сейчас ничего не могли сделать для своих соклановцев — они точно так же, как и гражданские, топтались на месте, закрыв лица руками, или просто опускались на землю, где и застывали в неподвижности. Впрочем, люди тоже пострадали, пусть и не столь сильно. Гунвальд отметил нескольких человек, как и он пытавшихся вытащить пострадавших из-под развалин повозок.
Прошло несколько минут, и хаос начал постепенно исчезать, уступая место какому-никакому, а порядку. Те, кто успел прийти в себя раньше других, оказывали помощь раненым. Но словно было мало обрушившихся на караван переселенцев испытаний, потому что над степью пронёсся порыв ветра, тут же перешедший в непрерывный поток воздуха, сбивающий с ног. Гунвальд не был щуплым задохликом, но его, словно тростинку, швырнуло и покатило по земле. Он изо всех сил вцепился в землю, чтобы притормозить, в результате только набрав две пригоршни травы.
Ураганный ветер прекратился столь же внезапно, как и начался. Гунвальд отплевался, протёр запорошённые пылью и мелким мусором глаза и заковылял в ту сторону, где должны были находиться Тильда с детьми. Вскоре он их нашёл — все пятеро лежали в низинке. Тильда, как клушка, пыталась обнять детей, а те, словно цыплята, прижимались к ней со всех сторон. Гунвальд осмотрел их, нашёл, что никто не ранен, и скомандовал:
— Подъём! — после чего помог подняться жене и ребятам.
— Что это было? — спросил один из пацанов.
— Это были последствия гибели Единого, — серьёзно ответил Гунвальд. — Надеюсь, других не будет. Хорошо, что мы были далеко от Запретного предела. Но и так каравану досталось. Когда теперь до Нового Григота доберёмся, даже не представляю. Тилли, бери девочку и ступай к каравану. А мы с парнями… Орлы, вы с лошадьми обращаться умеете? Ага, это хорошо. Тогда разбегаемся и отлавливаем всех, кого увидим. Как бы наши животины в зубы тем бешеным овцам не попали. Кстати, не дай боги увидите этих тварей, сразу бегом к каравану. Вам пока рано с этими монстрами сражаться. Всё поняли? Тогда, вперёд!
На то, чтобы собрать разбежавшихся в панике лошадей, чтобы перевязать раненых и починить транспорты, которые починке ещё подлежали, у григотцев ушло три дня. Часть перевозимых вещей пришлось бросить — их просто не на чем было везти. Ощутимо сократившийся в размерах караван ушёл на запад, оставив за собой горы тюков, которые, может быть, позже удастся доставить на новое место жительства. Пока же клан Дракона спасал самое ценное, что у него было — своих жителей.
— Всё поняли? — настойчиво спросил мастер Криан.
— Да, мастер! — хором ответили Дилль и Тео.
— Теовульф?
— А что сразу я-то? — возмутился Тео.
— Ты-то сразу потому, что ещё раз повторяю: никаких щитов выше второго порядка. Ты же будешь обеспечивать защиту от стрел и ударов сабель. Вот и действуй малыми энергиями.
— Да понял я, понял, — проворчал вампир.
— Потому что в ином случае ведьмы заприметят твою магию, — словно для умственно отсталого пояснил мастер Криан. — А они должны увериться, что в центре наших построений магов нет.
Теовульф возвёл очи горе и показательно вздохнул.
— Вот после драки я тебе назначу пару-тройку нарядов на очистку сортирных ям, будешь мне тут вздыхать! — рассвирепел мастер Криан. — Всё, идите! И не подставляйте свои головы под сабли кочевников, они и так тупые.
— Сабли? — невинным тоном осведомился Дилль.
— Головы ваши, остряк. Кругом, марш!
Дилль и Тео синхронно повернулись и отправились к своим коням.
— Переживает, — тихо сказал Тео.
— Я тоже… что-то переживаю, — тихо сказал Дилль.
— Да ладно, всё хорошо будет. Мы укокошим ведьм, а потом хиваши размажут кочевников в плоский блин.
— Я не за себя переживаю.
Тео насупился. Этот разговор был далеко не первый, и сколько он ни пытался успокоить друга, тот всё равно находился в каком-то взвинченном состоянии. А нервы в магической драке вовсе не помощники, скорее, наоборот.
— Да что с ней может случиться? Ну сам подумай, разве может найтись безумец, который нападёт на Академию?
— Она же не всегда сидит в Академии. Не знаю, как сейчас, но раньше она через день сбегала в королевский дворец.
— Да даже последнему барану в Тирогисе известно, что нападать на магов — это смертный приговор. Ну, вспомни, когда последний раз нападали на магов?
— Во время попытки свержения короля. Во время осады тилисцами было несколько случаев.
— Ну ты загнул! — присвистнул Тео. — Ты ещё времена Гариаля вспомни. К тому же, во времена осады нападали шпионы тилисцев, которых потом извели под корень. Так что, нечего попусту волноваться и меня волновать.
