Я судорожно вздохнула и постаралась отвлечься от дурных мыслей. Сейчас не время грустить, надо действовать. Фарел прервал мое затянувшееся молчание:
— Завтра будет очередной королевский прием, это самое удачное время, чтобы попасть в замок. А пока мы остановимся в доме одного из моих союзников.
Эльф привел меня к неприметному каменному дому, в котором горело всего одно окно. К тому времени Грун уже вернулся ко мне и хранил угрюмое молчание.
Мы вошли без стука. Огромный мужчина лет шестидесяти в широком фартуке встретил нас. Он молча кивнул и провел нас в тесную комнатку на втором этаже. Эльф обошел помещение, словно проверяя на наличие опасностей. Начертил на стенах незримые знаки, которые ярко вспыхнули и тут же погасли.
— Теперь тебе здесь ничего не грозит, — сказал он, подходя к двери, — я поговорю с хозяином дома и скоро вернусь.
Когда за Фарелом закрылась дверь, ворон полетал по комнате, затем уселся мне на колени и прошептал:
— Лиза, я полетал по городу, послушал, что говорят люди… Этот эльф оказался прав. Ни о нем, ни о его приспешниках, ни о странной пришелице не вспоминают. Сейчас людей волнует лишь празднество во дворце короля, да чья-то свадьба.
— Хорошо, — меланхолично ответила я уставилась в крошечное окно.
Мне в одночасье стало безразлично, кто и что говорит, и кто там решил сыграть свадьбу.
Мысли мои вновь и вновь вращались вокруг Морана. Только появившись в столице, я почувствовала его. То ли воспоминания так на меня повлияли, то ли он был где-то рядом…
Но какая разница. Будет лучше, если мы не встретимся. А даже если встреча произойдет…Он меня и не узнает. Думать об этом не хотелось. Это было тяжело. Больно.
— Грун, — тихо произнесла я, не глядя на него, — а Хранитель в городе?
— Судя по всему, нет, — ответил он.
— Хорошо, — сказала я, испытав одновременно и облегчение, и разочарование, — ты ведь не искал его? Не собираешься полететь к нему?
Грун подлетел к моему лицу и пристально посмотрел в глаза.
— Ты грустишь, Лиза, — задумчиво произнес он, — нет, я не полечу к нему. Сейчас ты нуждаешься во мне гораздо больше, чем он.
Я слегка улыбнулась и погладила его по блестящему оперению. Судорожно вздохнула, и две предательские слезинки скатились по щеке. Как же тяжело находиться в этом городе!
— Да, Грун, нуждаюсь, — прошептала в ответ, — очень нуждаюсь…
Некоторое время мы молчали, глядя в окно. Каждый думал о своем.
— Ну, и что ты задумала? — спустя долгое время сказал ворон, — как собралась проникнуть в замок?
Я широко улыбнулась:
— Буду танцовщицей во дворце. Точнее, сыграю роль танцовщицы.
— Танцовщицей? — недоуменно переспросил Грун.
— Да. Однажды один хороший человек рассказал, что многие девицы приезжают в столицу, чтобы стать танцовщицами. К тому же, когда я была на королевском пиру, видела нескольких из них. Поэтому я переоденусь в подходящий наряд и без труда попаду в замок.
— А танцевать-то ты умеешь?
— Ну…как сказать, — неопределенно протянула я, — вообще-то нет. Но, думаю, это и не потребуется. Если этот прием будет таким же, как в прошлый раз, то я легко затеряюсь в толпе.
— Ничего глупее я еще не слышал! — возмущенно сказал ворон, — это даже не план, а ерунда какая-то! Ты хотя бы понимаешь, какой опасности подвергаешь себя? А если тебя схватят стражники, пока ты будешь разгуливать по дворцу, в поисках этого проклятущего камня? Ох, чует мое сердце беду. Зря ты во все это ввязалась, Лиза, зрррря!
— Ты забыл, мой дорогой Грун, что на этот раз я буду не одна. Фарел будет со мной. На этот раз он не даст меня в обиду. И вот еще что. Я хочу тебя попросить завтра не сопровождать меня. Это сразу же привлечет ко мне ненужное внимание.
— Знаю, — проворчал он, — в замок с тобой я не полечу. Но буду неподалеку, в одном из королевских садов.
Дверь отворилась, и в комнату вошел Фарел. Следом за ним семенила полная женщина. Она принесла поднос с едой. Молча водрузила его передо мной и так же молча вышла. Я равнодушно посмотрела на ароматные блюда. Аппетита не было вовсе. Перевела взгляд на эльфа.
— Так значит, танцовщица? — сказал он, усаживаясь на свободный стул, — неплохо придумано.
— Подслушивать нехорошо, Фарел.
— Это в целях твоей же безопасности.
Ну-ну. Так я ему и поверила. Все-таки подленькая натура у этого эльфа. И как Этайн полюбила его? Впрочем, чужая душа — потемки, и не мне их судить.
Вместо упреков я едва заметно кивнула. А после мы еще раз обсудили все подробности нашего плана по захвату камня. Звучало смешно, если бы еще это было так же легко и просто, как мы себе представляли. Но увы…
На следующий день я проснулась поздно, когда время завтрака давно прошло. Полночи не могла уснуть, мысленно прокручивая наш разговор с Фарелом и борясь с нарастающим волнением. Знала: предстоящий день будет решающим в моей судьбе.
Когда же, наконец, уснула, то впервые за очень долгое время увидела во сне Морана. Он смотрел сквозь меня и не видел. Сколько бы я его ни звала — все было тщетно. Моран не слышал меня. Не видел. Не узнавал. Я перестала существовать для него.
