— Ладно-ладно! Шучу я, красавица, — потирая веки, сказал он, — видела бы ты себя в гневе. Глазенки выпучила, щеки горят, а из уст вот-вот польется праведная брань. У-ух, какая злая! — и он снова залился в смехе.
Что за беспардонный тип.
— Шутку я оценила, очень остроумно, — процедила я, — а теперь назови цену. Какая плата за то, что вы меня довезете до нужного места?
— В тройном размере, — уже серьезно ответил Дантар, — в конце концов, в этой забегаловке ты потратишь больше, ожидая, пока извозчики снова начнут работать.
— По рукам, — ответила я, — треть плачу сразу, остальное, когда прибудем на место. И больше никаких шуточек. И никаких «красавиц». На меня такие слова не действуют.
— Как скажешь, кра…то есть Лия, — он поднялся со стула и протянул мне свою огромную ладонь, — по рукам.
Я помедлила, с недоверием глядя то на него, то на него руку. Была — не была. И уверенно пожала руку Дантара, после чего он ушел, напевая похабную песню. Когда за ним закрылась дверь, я проверила, прочно ли прикреплен кинжал к поясу, и села за стол. В конце концов, какая разница, с кем ехать?
В этом мире любая старушка представляет для меня не меньшую угрозу, чем нахальный бугай.
На закате за мной зашел Дантар и, после того, как я заплатила аванс, повел к своей повозке. На деле это оказался крытый фургон, запряженный парой гнедых.
— Будешь сидеть спереди со мной и моим братом, — сказал Дантар, подводя меня ближе к фургону.
— А что внутри?
— То, что никому нельзя видеть и трогать, — серьезно ответил он, — особенно хорошеньким девицам. А ну-ка, запрыгивай! Я тебе помогу.
Я залезла в повозку и села с краю скамеечки, обитой мягкой тканью. На другом краю сидел паренек в широкополой шляпе и что-то упорно разглядывал в небе. Он медленно повернул голову и посмотрел на меня.
— Приве-е-ет, — слегка заикаясь произнес он и дотронулся до моего плаща.
На вид ему было лет двадцать-двадцать пять. Но выражение лица было детским. Серые глаза наивные и в то же время глупые. Влажные от слюней губы скривились в подобии улыбки. Он поднял скрюченные пальцы к Дантару и обратился к нему:
— Дантар! Б-брат! Она…Она поедет с нами, да?
— Да, с нами, — угрюмо ответил Дантар и запрыгнул в повозку, усаживаясь между нами.
Его брат захлопал в ладоши и радостно засмеялся. Совсем как ребенок. Он резко перестал смеяться и принялся дергать меня за край юбки, перегибаясь через Дантара.
— Меня зовут Тэмми, — с широкой улыбкой произнес он, — а тебя как зовут? Ты будешь со мной дружить?
— А меня зовут Лия, — мягко ответила я, — конечно, я буду дружить с тобой.
— Это хорошо! У меня мало друзей, — не отпуская моей юбки, произнес Тэмми, — никто не хочет дружить со мной. Дантар говорит, что они все и…идиоты. А я думаю, что это из-за моей шляпы.
— Думаю, он совершенно прав. Только идиоты не захотят дружить с тобой. А шляпа у тебя замечательная, — ответила я и краем глаза взглянула на Дантара.
Тот смотрел прямо перед собой и улыбался. Кто бы мог подумать, что этого громилы и нахала окажется такой брат.
Очень быстро город остался позади. Стемнело. Мы быстро ехали по темной дороге, проезжая мимо лесов и полей. Над нами плыла полная луна. Высоко в небе кружили птицы.
Пару раз попадались светящиеся синие существа со множеством крыльев. Завидев их, Тэмми хлопал в ладоши и восторженно кричал. Дантар, глядя на брата, тихо посмеивался и трепал его по голове.
Я смотрела на убегающую дорогу, мускулистых лошадей, кроны деревьев и улыбалась.
Внезапно мне стало удивительно спокойно и легко на душе. Словно все встало на свои места. Все было правильно. Впервые с того утра, как я покинула дом и Морана, безмятежная легкость разлилась по моему телу и сознанию.
Я двигалась вперед. Я знала, чего хотела. И на данный момент у меня была неплохая компания. Даже Дантар почти не раздражал, хотя порой и отпускал пошлые шуточки. Зато красавицей больше не называл и поцелуя не требовал.
— Ли-я. Ли-я, — по слогам произносил мое вымышленное имя Тэмми, — а ты всегда теперь будешь с нами, да?
На секунду я опешила и не знала, что сказать. Это то же самое, что честно ответить ребенку на вопрос, а умрет ли когда-нибудь мама. Мы с Дантаром переглянулись. Он пожал плечами, мол, сама думай. Вздохнув, я ответила ласково:
— Нет, Тэмми. Я не смогу всегда быть с вами.
Блаженная улыбка сползла с его лица. Он озадаченно заморгал, в глазах появились слезы.
— Но мы всегда будем хорошими друзьями, — поспешно добавила я, — обещаю.
— Правда? — тут же повеселев, спросил он, — и ты не будешь называть Тэмми дурачком?
— Я скорее язык свой съем, чем назову тебя дурачком.
Тэмми снова захлопал в ладоши, а затем долго упрашивал меня ни в коем случае не съедать язык. Иначе он не сможет разговаривать со мной. Он так разволновался, что я уже пожалела о том, что так сказала. И только после долгих заверений, что я так не сделаю, он наконец успокоился и стал с улыбкой смотреть на луну.
— Ты добра к моему брату, — тихо произнес Дантар.
— Тебя это удивляет?
— Да. Многие его и за человека-то не принимают. Родителям добрые люди советовали утопить его в реке…
