Сам вид судна заставил меня почесать в затылке. Это не была яхта в классическом смысле слова. Это был сверхскоростной катер экстра-эктра-экстра- класса, спроектированный и построенный в сотрудничестве с подразделением компании «Мерседес». Суперлюкс. Элита элит. Океанский вариант гоночного болида, известный под названием Спидбот-515 «Проект 1». При ширине меньше десяти футов катер имел длину чуть больше пятидесяти футов и, несомненно, вел свою родословную от быстроходных контрабандистских суденышек времен сухого закона. В последние годы, впрочем, вместо контрабанды виски и наркотиков такие катера все чаще использовались состоятельными парнями для поездок с континента на острова и обратно. Карбоновый корпус «Проекта 1» отличался глубокой килеватостью, благодаря чему катер отлично чувствовал себя на воде даже при сильном волнении. Экземпляр, который я увидел на снимке, был собран вручную от носа до кормового фонаря и приводился в движение парой подвесных моторов «Меркурий» мощностью 1350 лошадиных сил каждый. При использовании гоночного топлива вместо бензина совместная мощность моторов возрастала до 3100 «лошадей», благодаря чему катер мог разгоняться до ста сорока миль в час. Иными словами, эта океанская ракета могла добраться от Ки-Уэста до Кубы или до Бимини меньше чем за час, но это было еще полбеды. Гораздо хуже было то, что за два часа она могла не только посетить Кубу, но и вернуться обратно. Впрочем, сейчас и перед капитаном «Проекта 1», и передо мной стояла одна и та же проблема: встречный ветер, дувший со скоростью около тридцати миль в час и разводивший восьмифутовую волну, которая не давала нам обоим двигаться через Атлантику с максимальной скоростью. В Мексиканском заливе, однако, ни ветра, ни волнения уже не ощущалось; вода в нем была гладкой, как стекло, и я был уверен, что «Проект 1» отправится именно туда.
Впрочем, рассуждать, куда именно он направится, было бессмысленно по той простой причине, что преследовать его я не смог бы ни при каких условиях.
Словно в насмешку надо мной, катер назывался «Демон».
К фотографии Летта приложила еще кое-какую информацию. Владелец катера назвался ей Майклом Детанджело. Навряд ли это было настоящее имя, однако я отправил его Боунзу вместе с фотографией: пусть на всякий случай проверит и то и другое.
Единственное, что меня немного успокаивало, так это то, что Боунз, мое всевидящее око, по-прежнему отслеживал местонахождение Летты. Правда, это могло продолжаться лишь до тех пор, пока ее мобильный телефон оставался в зоне покрытия сети, но у моего приятеля были и другие возможности. В случае необходимости он мог задействовать спутник и обнаружить тепловое излучение моторов «Демона» где угодно, вот только мне, чтобы попасть туда же, могло понадобиться слишком много времени.
Спустя несколько секунд мне на телефон пришел ответ от Боунза:
«Цель захвачена».
Песок на берегу мягко мерцал в свете луны. Я смотрел на него, мысленно разрываясь между Леттой и Элли. Мне хотелось помочь девочке, но я не мог не думать о Летте, которая была сейчас очень далеко, один на один с плохими парнями.
Не сдержавшись, я выругался под нос. Сестра Джун резко обернулась в мою сторону, и я, кивнув в знак того, что все в порядке, направил «Китобой» к полосе прибоя, где он мягко ткнулся носом в песок. Глубины здесь было около фута – достаточно, чтобы лодка удержалась на месте во время прилива, но слишком мало, чтобы я смог использовать мотор, если понадобится срочно отплыть.
В конце концов мы все выбрались из лодки – кроме Солдата, которому я велел остаться. Ему это не понравилось, но он подчинился – улегся на живот на носовой площадке и свесил с борта передние лапы. Положив на них голову, Солдат тихонько заскулил, чуть приподняв уши.
– Я вернусь, – пообещал я ему.
Тем временем сестра Джун, которая оказалась на редкость проворной для своих восьмидесяти с гаком, уже выбралась на песчаный пляжик и первой пошла к деревьям, под кронами которых сгущалась непроглядная тьма. Мы поспешили за ней и вскоре оказались словно в темном гроте, стены которого были украшены бесчисленными орхидеями, смутно белевшими во мраке и источавшими густой сладкий аромат. Где-то я читал, что есть орхидеи, которые пахнут падалью, но сам я таких пока не встречал. Здесь, во всяком случае, их определенно не было. Изящные цветы, мелкие и крупные, одиночные и целые кисти, свешивались с толстых стволов и ветвей, на которых их рассадила рука Бога (на самом деле орхидеи – это растения-паразиты, которые растут везде, где удается пустить корни). Не исключено, впрочем, что окружавший нас цветочный рай был создан рукой человека, а это значило, что в монастыре когда-то жил или до сих пор живет кто-то, кто очарован этими удивительными растениями.
