Сев на «Китобой», мы поплыли обратно в отель. Элли на кормовом диванчике то и дело оглядывалась на оставшийся далеко позади бетонный волнолом. Летта, сидя рядом со мной, молчала, бессознательно потирая пальцы. Ее нервная энергия искала выхода, и Летта не знала, как совладать с собой. Даже после того, как мы причалили, она продолжала совершать эти неосознанные движения руками; наверное, ей хотелось мне что-то сказать, но момент был упущен, а теперь у нас не осталось времени, чтобы копаться в прошлом. Энжел по-прежнему находилась в руках у торговцев живым товаром, и мы, точнее я, должны были заняться настоящим. Летте, однако, никак не удавалось вернуться к реальности, и мне пришлось ей помочь. Постучав согнутым пальцем по циферблату своих часов, я сказал:
– Я понимаю, сколько у тебя вопросов, но сейчас ты должна позвонить своему кавалеру.
– Какому кавалеру?.. – удивилась она, но тут же опомнилась. – Ах да, этому… – И она стала набирать номер парня, который хранил в своей комнате в мотеле целый арсенал.
«Ухажер» взял трубку почти сразу. Он сказал, что рад ее звонку, и объяснил, где она должна его ждать. Закончив разговор, Летта нырнула в свою комнату и вскоре появилась оттуда в своем нескромном бикини, которое она, впрочем, дополнила повязанным вокруг талии шифоновым платком.
– Тебе вовсе не обязательно туда идти, – сказал я, прекрасно понимая, какой опасности она подвергается.
– Кто бы говорил! – огрызнулась Летта, и я снова узнал в ней ту «крутую мамочку», которая, не умея водить, угнала моторный катер, чтобы гнаться на нем в темноте за похитителями дочери.
– Я занимаюсь этим уже довольно давно, – напомнил я. – Это моя профессия.
– Я тоже должна что-то сделать.
– Это может быть опасно.
– Но ведь ты будешь рядом, правда?
Я повесил ей на шею серебряную цепочку с брелоком из зуба крупной акулы. Очень похожие сувениры можно было купить в лавках по всему побережью, так что он не должен был вызвать подозрений.
– Не потеряй, – сказал я. – С помощью этой штуки я смогу определить, где ты находишься.
– Но ты ведь будешь рядом? – повторила она, невольно выдавая свой страх.
– Я буду так близко, насколько возможно, но… Мне не хотелось бы его насторожить.
Летта сморгнула повисшую на реснице слезу.
– Мерф…
Я улыбнулся.
– Моя мать звала меня Дейвом.
Эти слова вызвали у нее слабую улыбку.
– Я не гожусь тебе в матери даже по возрасту…
– Верно.
– И все-таки, Мерф… Дейв… скажи… Как ты думаешь, Энжел…
Я взял Летту за руки.
– Я думаю, что она жива и ее никто пока не тронул, но время работает против нас. Кроме того…
– Что?
– Кроме того, времени у нас почти не осталось. Так что…
Она сглотнула. Кивнула. Лучи закатного солнца позолотили бледное лицо Летты, оттеняя ее природную красоту. Засунув телефон за резинку бикини, она неуверенно поцеловала меня в уголок губ, потом – чуточку смелее – поцеловала еще раз, и наконец заключила мое лицо в ладони, повернула и крепко прижалась ко мне солеными, чуть дрожащими губами. Не прибавив больше ни слова, Летта сбросила с ног «кино» и взяла их в руку, добавляя последний штрих к своему образу одинокой, брошенной женщины. Прежде чем исчезнуть за углом, она остановилась, бросила на меня еще один взгляд, потом исполнила свой фирменный воздушный пируэт и исчезла.
Вернувшись к причалу, где я оставил «Китобой», я увидел, что Элли сидит на носу и держит на коленях открытый оранжевый ящик. С тех пор как мы отплыли от волнолома, она не произнесла ни слова, и я решил, что так, наверное, даже лучше. Но когда, отвязав швартовы, я оттолкнулся от причальной стенки и завел двигатель, я вдруг увидел, что она стоит совсем рядом и протягивает мне на раскрытой ладони кольцо Мари.
Я покачал головой.
– Оно предназначалось тебе, и теперь оно твое. – Я бросил взгляд на часы. – Я обещал отправить тебя, куда ты захочешь. – Я протянул ей свой мобильный телефон. – Выбирай место и подходящий рейс…
Она перевела взгляд на Солдата, сидевшего у моих ног, потом, прищурившись, посмотрела на закатное солнце.
– А можно мне когда-нибудь… В общем, я хотела бы хоть разок побывать в Колорадо.
Я улыбнулся.
– Конечно, можно, почему нет? Ты только скажи…
Элли легко коснулась моей руки. Это прикосновение было как предложение мира.
– Так вот, я хочу.
Я обернулся и поискал глазами Летту. Она стояла довольно далеко от нас, облокотившись на ограждение набережной.
– Потерпишь еще день-два?
– Конечно, потерплю. – Голос девочки прозвучал непривычно мягко. Насколько я помнил, за все время нашего знакомства таким тоном она не разговаривала еще ни разу.
«Ухажер» обещал перезвонить Летте, как только закончит погрузку припасов и подготовит яхту к отплытию. Он должен был забрать ее с ближайшей пристани, находившейся в нескольких кварталах от отеля. Сейчас она ждала звонка, и это было, наверное, самым трудным. Нет ничего хуже ожидания, когда каждая секунда превращается в минуту, а минута тянется как день. Уж лучше огонь, дым, выстрелы и бешеная скорость, чем ожидание, когда ничего не происходит, и ты только и ждешь, пока все наконец закрутится.
