– И ещё кое-что, Ника! – окликнула её Таисия, когда та уже собиралась уходить.
Девочка обернулась и вопросительно взглянула на хранительницу.
– Выспись хорошенько – завтра много работы!
Вернувшись домой, Ника постаралась как можно скорее разделаться с домашним заданием, чтобы наконец приступить к тому, что было действительно важно, – к её книге. На самом деле она ещё не вполне знала, о чём писать. У неё просто была идея и всё. Но почему-то она чувствовала, что начать нужно именно сейчас.
К её удивлению, стоило сесть за ноутбук, как слова стали сами собой складываться в предложения, и вскоре на экране появился готовый кусочек текста. Начало большой и – она надеялась на это – хорошей книги.
«… Когда загорелись на небе звезда южная и звезда северная – сошлись вместе земля и небо, и родилась она. Один глаз её был тёмен, как чернозём, второй – ясен, как небесная лазурь, потому что силы её питали сразу две стихии. И начала она свой путь, гонимая людьми, оберегаемая звёздами».
Ника закрыла ноутбук и посмотрела в окно. Её переполняла радость. Она начала! Так долго она ходила вокруг да около этой идеи, а нужно было просто сесть и начать!
Легла спать она ужасно довольная собой, потому что день совершенно точно прожила не зря, раз сделала что-то для своей будущей книги. Спала Ника тоже хорошо. Ей не снились ни злопыхающая Стеша, ни подозрительная Раиса Александровна, и это было настолько прекрасно, что с утра у неё всё ещё было отменное настроение. И даже отражение в зеркале ничуть не огорчило. Ника была в таком приподнятом расположении духа, что даже решила первой предпринять некоторые шаги для того, чтобы наладить отношения с Колей.
– Привет! – как можно дружелюбнее сказала она, усевшись на своё место рядом с другом.
– Привет, – буркнул тот настолько холодно и отстранённо, что настроение девочки стремительно ухнуло вниз.
– Как дела, Коль? – Ника решила не сдаваться.
– Нормально, – сухо ответил Курицын.
– Слушай, я тут подумала, – сказала Романова, – давно мы с тобой ни во что не играли! Может, партию в морской бой?
– Нет желания. – за всё это время Коля даже ни разу на неё не взглянул.
Ника на какое-то время замолчала. Комок предательски подступил к горлу: она теряла друга. Вернее, кажется, она его уже потеряла. Убедившись, что наладить общение, разговаривая «как ни в чём не бывало» не выйдет, Ника решила поговорить откровенно.
– Коль, – сказала она уже без тени весёлости, – тебе не кажется, что мы отдалились? Мне грустно от этого. Помнишь, как здорово нам было раньше вместе?
– Конечно, мы отдалились! – в голосе Коли звучала обида. – Ты стала злой! Ты говоришь, что мои стихи плохие! Что ж, мне неприятно, но это я ещё могу как-то стерпеть. Но на этом ты не останавливаешься! Ты высмеиваешь мои чувства к Стефани! Друзья так не поступают.
Нике стало стыдно. Она хотела быть честной с ним, а выходит, она просто его обижала. Может, друзья и вправду так не поступают?
– И что, ты теперь не будешь со мной дружить? – Ей нужно извиниться, очень нужно, но отчего-то её переполняют гнев и негодование. Она хороший друг! – Может, отсядешь ещё? Вон, место рядом с Петушковой как раз не занято! Вот пара будет, загляденье! Курицын и Петушкова!
– Вот и отсяду! – Коля вскочил с места, схватил свои вещи и, не сказав больше ни слова, пересел за другую парту.
Ника поймала на себе насмешливый взгляд Соколовой. Кажется, теперь она вообще одна. Дурацкая школа. Дурацкая Стеша. Всё из-за этой белобрысой выскочки. Нет у неё больше друга.
Еле досидев до конца уроков, Ника поспешила в раздевалку. Ей хотелось поскорее убежать от всех этих лиц, как можно дальше.
– Романова! – совсем некстати окликнул её резкий голос.
Она обернулась и увидела Раису Александровну, учительницу информатики. И хоть ей ужасно этого не хотелось, пришлось остановиться.
– Да, Раиса Александровна?
– Ника, – начала учительница самым миролюбивым тоном, – я должна с тобой поговорить по поводу твоей успеваемости.
О нет…
– А что с моей успеваемостью? – Ника прикинулась, что не понимает, о чём идёт речь.
– Её с трудом можно назвать успеваемостью, – учительница смотрела чуть ли не с состраданием, – но я не намерена тебя ругать. Просто пойми, если ты сейчас позанимаешься и наверстаешь упущенное, ты сможешь выйти на твёрдую четвёрку.
– Хорошо, Раиса Александровна, я позанимаюсь, – поспешно согласилась Ника, желая поскорее уйти.
– Отлично, – кивнула учительница, – тогда завтра после уроков жду тебя на дополнительное занятие.
Не успела Ника сказать и слова, как Раиса Александровна удалилась, оставив её стоять посреди коридора в состоянии, близком к состоянию аффекта.
«Этого ещё не хватало!» – пронеслось у неё в голове.
– В общем, Альбус, – докладывала она коту по пути в библиотеку, – завтра мне нужно остаться после уроков, чтобы заниматься этой дурацкой информатикой. Надеюсь, Раиса Александровна решит, что одного урока будет вполне достаточно, чтобы «наверстать упущенное».
