Ледорез даже бровью не повёл. Синегорка хмыкнула, ухватила ладонь, рывком приняла вертикальное положение и тут же покачнулась. Она упала бы, если б Яр не подставил плечо.
— О-ох! — Богатырша рефлекторно вцепилась в него и… так же резко отстранилась. Поймала взгляд, сощурилась и прошипела: — Скажешь кому — яйца отчекрыжу.
Ледорез отпустил её, воздел глаза к тёмным каменным сводам и беззвучно выматерился.
Бабы! Одна чудней другой. Спасу нет!
— Пошли, — скомандовал коротко и двинулся к исполинскому сердцу. О том, где они и как сюда попали, он старался не думать. — Найдём вход.
Синегорка одёрнула кожаный доспех и двинулась следом.
Сердце пульсировало. От каждого удара по подземному озеру, над которым оно высилось, расходились волны слепящего света.
Яромир шёл впереди по колено в воде. Синегорка не отставала. Марий Полумесяц замыкал процессию.
— Осторожнее, — сказал Призрак, когда они добрались до гигантского кварцевого органа. — Без надобности не лапай. Мало ли что!
— Ну и ну… — протянула Синегорка, вскинув голову. Она прикрыла глаза ладонью, чтоб не ослепнуть от чародейского сияния. — Рассказать кому — не поверят!
— Енкур писал, пещера в сердце пустыни, — проговорил Яр.
— Если так, нам надо внутрь, — резонно заметила богатырша.
— Похоже на то… — тихо откликнулся Ледорез. Как в эту самую «нутрь» попасть, он не имел ни малейшего представления.
— Попробуем обойти, — предложила Синегорка.
Она осторожно двинулась по кругу, но это ничего не дало: в какой-то момент богатырша оступилась и ухнулась в воду. Ушла прям с макушкой, но тут же вынырнула и (теперь уже без закидонов) ухватилась за протянутую руку Ледореза.
— Ах ты… мошонка крокодилья! — ругнулась богатырша, выбираясь на поверхность. — Нету там никакого входа! И выхода тоже! Ни щели, ни трещины — ничего!
— Загадка каменного сердца… — изрёк Марий тоном многомудрого волхва и воздел указательный перст. — Тайна не для средних умов!
Яр смерил товарища неласковым взглядом, выхватил кинжал и без лишних рассуждений всадил в пульсирующую кварцевую поверхность по самую рукоять.
— Дикарь, — с презрением буркнул Полумесяц. — Разве так можно? Это ж реликт! — Но тут же округлил глаза и выпалил: — Смотри!
По мерцающей глади зазмеилась трещина, и кварц разверзся, точно вспоротый холст.
Недолго думая, Ледорез втолкнул в образовавшуюся прогалину Синегорку и сам прыгнул следом.
Пещера Чудес полностью оправдывала название. Сердце (настоящее, не каменное) здесь замирало, и хотелось тереть глаза и щипать себя — уж не почудилось ли? Яр никогда не видал столько золота: горы монет, пирамиды слитков, кубки, цепи, самородки… Тут и там сияли огромные — с грушу — рубины, изумруды, сапфиры. Переливались радужными гранями крупные бриллианты, сиял желтизной янтарь, под ногами хрустела алмазная крошка.
— Да-а-а… — протянул Полумесяц, озираясь по сторонам. — Бахамуту бы здесь понравилось.
— Эй, наймит, — окликнула Синегорка. Вид у богатырши был настороженный. — Глянь-ка.
Яр подошёл ближе и нахмурился. На высоком золотом постаменте в платиновом держателе сиял красотой здоровущий чёрный бриллиант сложнейшей огранки. Однако вовсе не камень заставил богатыршу встревожиться.
Со всех сторон к бриллианту тянулись златые длани статуй. Фигуры были выполнены так искусно, что хоть морщины на лбах пересчитывай. В остекленелых вежах застыли страх и алчность, отчаяние, жажда наживы и граничащая с безумием паника. Крики навечно застряли в раззявленных ртах…
Вот же погань.
Ледорез переглянулся с Синегоркой и увидел в её глазах тень собственных подозрений.
— Лучше ничего не трогать, — проговорила богатырша.
Яр согласно кивнул, и они двинулись вперёд рука об руку, осторожно пробираясь в самую глубь пещеры. Наконец, перед ними возникла странная лестница. Гладкие камни попросту висели в воздухе, ни на что не опираясь, и поднимались высоко-высоко, к самому своду, а внизу разверзлась бездонная, полная непроглядной черноты, пропасть.
— Ну и ну… — проговорила Синегорка.
— Жди здесь. — Ледорез шагнул было к ступеням, но богатырша преградила путь.
— Эй, наймит! — она упёрла руки в бока и зыркнула исподлобья. — Не забывайся. Я тебе не княжна-фиалка. И опыта имею поболе твоего!
— Знаю, — кивнул Яр. — Потому и прошу остаться.
Синегорка взвесила его слова и вздохнула.
— Ладно, ступай. Кто-то же должен прикрыть твою задницу, — богатырша сально улыбнулась. — Она, кстати, весьма неплоха: рука так и тянется шлёпнуть!
Яромир пропустил скабрезную похвальбу мимо ушей и решительно поставил ногу на первую ступень. Шагнул на вторую. Переступил на третью… Парящая лестница держала не хуже каменной, хотя балясин и перил отчаянно не хватало.
— Не смотри вниз, — подсказал Марий.
Яр последовал совету. Но легче не стало: из башки никак не шло, что грёбаные камни в любой момент могут оторваться и рухнуть вниз.
Погань…
