— Ты мерзкий, — сообщил Марий, созерцая сие действо.
Ледорез не ответил: говорить с набитым ртом не вежливо — так учил Бахамут.
Ужин удался на славу. Всех троих разморило и немилосердно клонило в сон. Спать, как водится, решили по очереди. Первую стражу Яр оставил за собой, а вторую отдал Синегорке и, едва задница коснулась попоны, вырубился.
Густая, сочная, напитанная весенними грозами зелень. Россыпь ярких луговых цветов. Барсик — шерстяная морда — скачет поодаль в высокой траве и гоняет бабочек. За холмами, вторя любовным русалочьим песням, протяжно воют полуволки. Солнце греет, но не обжигает, и Снеженика — полностью обнажённая, простоволосая, с пёстрым венком на голове — кружится в ласковых золотых лучах, закрыв глаза и воздев к облакам руки.
Странная пляска волнует, распаляет, и Яромир, насмотревшись вдоволь, осторожно подбирается ближе.
Схватить. Повалить. Подмять под себя. Залюбить до хриплых воскриков.
Но Снеженика чувствует его приближение и распахивает глаза. Смотрит внимательно. Цепко. На нём ничего, кроме шрамов, и вожделения не скрыть. Впрочем, он и не думал таиться: пусть видит и знает — он хочет её.
— Опять? — она лукаво улыбается. — До чего ты горяч!
Яр хмыкает. Тянет руки обнять, но Снеженика уворачивается, не даётся.
— Сперва поймай! — смеётся.
— Дразнишь? — Игра распаляет ещё сильней, будит инстинкты, и Яр с охотой принимает правила.
Выждав момент, он тигром кидается за супружницей, а она бежит от него и замирает на краю обрыва. Внизу лениво несёт воды Волчья река. В этом месте она особенно глубокая.
Яр вскидывает бровь.
— Ты не прыгнешь. — Он победно смотрит на обнажённую чародейку: попалась!
Снеженика отвечает взглядом на взгляд. Усмехается и… сигает вниз.
Твою же медь! С колотящимся сердцем Яр бросается к краю.
Короткий всплеск. Заливистый хохот. Вот же… ведьма!
Без раздумий он прыгает следом, выныривает, отплёвывается и в два гребка настигает Снеженику в прохладных волна́х. Она больше не убегает. Целует и отдаётся ему вся, без остатка…
— Эй, наймит! — Синегорка настойчиво потрясла за плечо.
Яр проснулся мгновенно, выхватил кинжал и напрягся: тишина, темень, звёзды, барханы, лошади, сопящая Преслава под боком — и больше ничего.
— Где враги? — озадачился он, слегка ошалевший спросонья.
— Нигде, — отозвалась богатырша.
— Мой черёд сторожить?
— Нет.
— А что тогда?
— Смотри. — Синегорка указала на запад. Вдалеке маячил, переливаясь во мраке, голубовато-белый столб света.
— Что это? — Яр медленно моргнул.
— Не знаю, — шепнула богатырша. — Но в той стороне колодец, который я нашла.
Яромир нахмурился.
— Похоже, самое время сходить по́воду, — проговорил он.
— Похоже на то, — разом откликнулись Синегорка и возникший из темноты Марий.
1. Хозяин Седых Холмов, глава 51
<p><strong>Глава 21 </strong></p>— Куда? — пробурчала заспанная Преслава. — За водой? Ума решились? Ночь-полночь!
Она зевнула, перевернулась на другой бок и свернулась калачиком.
Без лишних церемоний Синегорка выдернула из-под княжны попону.
— Ай!
— Вставай, — скомандовала богатырша. — Дело есть.
— До утра не потерпит?
Хороший вопрос…
Яромир глянул на Синегорку. Она на него.
Сумеют ли они по́утру отыскать источник таинственного свечения? Скорее нет, чем да. Синегорка видела колодец днём и билась об заклад — он не сиял, не мерцал и даже не поблёскивал.
