— Как же я теперь без посоха, мастер Ноккагар? — удрученно произнес Гвидион. — Наказание магу, утратившему посох, должно быть суровым.
— Так было при Экгаре, — ответил Верховный Маг. — Не печалься зря. Я в любом случае не стану подвергать наказанию того, кто потерял тригорский жезл в бою с силами Тьмы. Да и Экгар не стал бы.
Маги уже почти пересекли негласную границу Омраченного Королевства, что обозначалась длинным отрогом Хребта.
— Но не только наказание пугает меня, — сказал Гвидион. — Как я буду теперь жить без него? Ведь мало того, что к новому посоху нужно будет привыкать годами, так еще и Шангумова Древа лет двести, как никто не видел в Гэмдровсе.
— Не в Гэмдровсе, так в Сана-Саге, быть может, ты найдешь его, Гвидион. Ты потерял посох, но не руки. У тебя больше нет символа тригорской магии и нашего основного оружия, но самой силы ты не лишился, ибо средоточие ее в тебе, в твоем сердце. Тебе лишь нужно найти или обрести другой способ выпускать и применять эту силу.
— Смотрите! — неожиданно вскричал Ариорд.
Ноккагар и Гвидион замедлили шаг и устремили взгляды в направлении, указанном Ариордом. Впереди, чуть поодаль от дороги, на склоне, мирно паслись белоснежные скакуны.
— Наши, — несколько удивленно произнес Гвидион.
Верховный Маг нахмурил брови и медленным шагом двинулся в сторону лошадей. Ариорд и Гвидион двинулись за ним.
— Стойте! — Ноккагар застыл на месте. — Что-то здесь не так…
Два других мага тотчас же остановились, однако они, видимо, не разделяли опасений Верховного Мага.
— Что же тут может быть не так? — пожал плечами Ариорд.
Ноккагар взялся за посох двумя руками и продолжил двигаться в сторону лошадей.
Дым рассеялся почти сразу, и взору тригорцев предстали уже не скакуны, мирно жующие траву. На их месте теперь стояли три ужасные твари. Тела их чем-то напоминали волчьи, если не брать в расчет полное отсутствие шерсти. Но головы были уж точно не от волков. Большие змеиные пасти на длинных шеях скалились несколькими рядами острых зубов, и пары больших диких глаз горели огнем свирепой ярости. Один из змееволков распахнул пасть и издал жуткий шипящий звук.
— Это толиары! — произнес Ноккагар. — Не смотрите этим тварям в глаза!
— Дело рук Вирридона, — заметил Ариорд перехватывая посох в обе руки. — Великий Лес слишком далеко отсюда, чтобы они забрели сюда случайно.
— А я уж думал, что видел все в этой жизни, — выдохнул Гвидион, испуганно глядя на ужасных хищников Великого Леса.
— Главное — не смотреть им в глаза! — повторил Ноккагар. — Магия их взглядов усыпляет разум.
Верховный Маг не стал ждать нападения. Вспышка магического огня света ударила по толиарам. Змееволки разбежались по сторонам, но в следующий же миг вновь собрались вместе. Одна из тварей приготовилась к прыжку. Ариорд успел заметить это, и в момент, когда толиар, раскрыв пасть бросился на него, маг отбросил его ударом посоха. Но на Ариорда сразу же бросился второй, и в прыжке сбил чародея с ног. Гвидион схватил хищника за длинную шею и приложил все силы чтобы удержать его, не позволяя огромной пасти сомкнуться на горле поваленного Ариорда, который, словно завороженный, лежал без какого-либо движения, устремив бесцельный взгляд в небо.
Огромная огненная сеть вырвалась из посоха и окружила двух других тварей. Толиары шипели, пытаясь вырваться, но магический огонь обжигал их. Спустя мгновение из уст Верховного Мага вырвалось новое заклинание:
Толиары, оказавшиеся в сети, исчезли. Третий по-прежнему пытался убить заколдованного Ариорда. Ноккагар, не теряя времени, направил посох на последнего хищника, и из наконечника вырвалась молния. Зверь заверещал от боли и отстранился от жертвы, одновременно вырываясь из рук Гвидиона, после чего попытался убежать. Но молния не отпускала его, и издав последний яростный крик, толиар обратился в пепел.
— Ариорд! — Гвидион потряс чародея за плечи, пытаясь вернуть его к нормальному состоянию.
Но рыжебородый маг не шевельнулся. Глаза его все так же смотрели в небо.
Ноккагар лишь сейчас заметил, какая странная тишина воцарилась вокруг. Он закрыл глаза и прислушался. Все звуки умерли: ни шума ветра, ни шелеста травы. Верховному Магу невольно подумалось, что он просто-напросто оглох. Но нет, не все так просто… Он открыл глаза и огляделся. Ариорд и Гвидион куда-то исчезли, будто их и не было. Мир словно умер, застыл.
