Хранители Старого Солнца полностью

— Ты уверен, что мы сможем пройти мимо них? — спросил Алед.

— Нет, я пока ни в чем не уверен, — ответил колдун.

Стрелок вздохнул.

— Не понимаю, зачем мне все это…

— Что это? — спросил Двимгрин.

— Все эти дела вокруг каких-то шкатулок, ключей, алфейнов, магов. Зачем я вообще иду с тобой?

— У тебя была возможность остаться в темнице, но ты слезно умолял позволить тебе идти вместе со мной. А я великодушно согласился.

— Великодушно?! — воскликнул Алед.

— Не ори, полудурок, — прошипел Двимгрин, остановившись.

— Великодушно? — уже тише повторил разбойник. — Ты называешь это великодушием?

— Да, и если бы не мое великодушие, ты давно уже был бы мертв.

— Вот как? Значит, я должен благодарить тебя за то, что ты меня не убил?

— Это ни к чему, — усмехнулся Двимгрин. — Мне плевать на твои благодарности. Но раз ты решил идти со мной, просто заткни свою пасть и не возмущайся.

— Я лишь хотел с твоей помощью выбраться из Замка Магов, — сказал Алед. — И что мне сейчас мешает просто распрощаться с тобой, колдун?

Двимгрин обернулся и устремил на него недобрый взор, от которого кровь застыла в жилах санамгельца.

— Причин много… — молвил он. — Как тебе, к примеру, то, что алфейны помнят о тебе? Ты мой пособник, и, попав к ним в руки, ты, мягко говоря, не будешь в почете. А без меня ты ни за что не пройдешь мимо них. Другая причина — Ключ. Он интересен тебе, как интересна и Шкатулка. Третья причина: ты не смог уберечь Ключ к моему приходу в Тригорье. Тебе придется исправить это — помочь мне вернуть его.

— Что-то ты не сильно жаждал моей помощи, когда намеревался бросить меня в темнице.

— Но есть еще одна причина — самая главная! — произнес Двимгрин. — Именно она переубедила меня в тот час.

— Постой, я угадаю… Изменяющие избрали меня. Так ведь ты говорил в Замке?

— Именно.

— И что с того, колдун? Я не желаю быть избранным какими-то демонами с того света.

— Желаешь или нет, это уже не важно. Твоя судьба связана с Изменяющими, и теперь они определяют ее. Не ты.

— Звучит жутковато, — проговорил Алед. — И что это, в таком случае, означает. Для чего я избран?

— Узнаешь, когда придет время…

— И когда же оно придет.

— Не раньше, чем мы благополучно минуем лагерь алфейнов, — сказал Двимгрин и вдруг замер.

В следующий миг он приник к стволу ближайшего векового дуба. Едва Стрелок успел что-либо сказать или предпринять, как колдун молниеносно схватил его за плечо и прижал лицом к тому же дубу. Указательный палец у губ колдуна приказывал молчать, а глаза яростно горели, предупреждая о беспрекословности этого приказа. Санамгелец послушно замер.

В скором времени до ушей донеслись отдаленные голоса, приглушенные шумом еще моросящего дождя. Алед прислушался, но не понял ни единого слова: язык был ему незнаком. Голоса звенели довольно тонко и мелодично, отчего этот говор был больше похож на благозвучную мелодию.

Голоса удалялись, пока не стихли совсем. Колдун и разбойник продолжили движение.

— Рыщут, твари! — прошептал Двимгрин, непрестанно озираясь по сторонам.

— Ты все еще надеешься проскользнуть под самым носом алфейнов, колдун, — с сомнением произнес Стрелок.

— Я предпочитаю не надеяться, а действовать. Выбора все одно нет.

— Отчего же нет? Под покровом ночи шансов будет куда больше, к тому же, если я правильно помню, по ночам ты можешь каким-то магическим образом сокращать расстояния. Так не лучше ли захорониться в укромном месте и дождаться темноты?

— Не лучше, — дал ответ Двимгрин. — Магию они вмиг учуют, я уже говорил об этом. И ждать нельзя. Этот проклятый Вуг бежит все-таки слишком быстро. А теперь заткнись… Нужно как-то пройти мимо лагеря.

Найон Алзойн отпустил тетиву, и вырвавшаяся на свободу стрела со свистом понеслась к цели. Этот был последним… Последний из шайки фоэдас. Что заставило злобных карликов покинуть свои подземные туннели и в разгар дня выползти на поверхность? И кто их жертва? Алфейны опустили луки.

Алзойн первым подошел к огромному израненному великану. Длинные руки, большие острые уши, огромные глаза и два рога, один из которых был когда-то обломан. Подобных существ осталось по миру очень мало. В Священном Лесу их никто не видел уже несколько сотен лет.

— Видишь ли это, найон Алзойн? — произнес один из алфейнов. — Не удивительно ли встретить такое существо в этих местах?

— Эн-Анэр некогда упоминал, будто есть у магов необычный слуга. Так не он ли пред нами?

— Зачем напали на него фоэдас? В чем причина столь лютой злобы?

— Не в злобе дело. Они служат нынешнему властителю темных сил. Он приложил к сему руку.

— Зачем же ему убивать его?

Найон Алзойн наклонился к существу и промолвил:

— Не убить была цель, а забрать то, что нес он сквозь лесную чащу.

Сказав это, он попытался разжать ладонь тарайлаха, но в этот миг однорогий великан дернулся, захрипел, едва приподняв веки, и еще сильнее сжал кулак.

— Он жив! — воскликнул найон Алзойн. — Отнесем его к Эн-Анэру!