Возвращаться к лесу он не собирался. Что бы ни говорили легенды о светлом народе алфейнов, первое знакомство с ними Аледу пришлось не по душе. Быть может, причина была только в том, что он не с тем связался и оказался на стороне того, кто числится врагом хранителей леса. Но лично себя врагом алфейнов он пока не считал. Они, конечно же видели, что у колдуна был попутчик, но Алед может притвориться его бывшим пленником. Конечно, это большой риск. Неизвестно, как решат поступить с ним алфейны и поверят ли они в его ложь? Да и чего ожидать в случае благоприятного исхода? Может быть, они просто оправят его на все четыре стороны, и Алед окажется в том же положении, что и сейчас. Но в худшем случае ему может быть уготована та же участь, что постигла колдуна. Нет, к алфейнам идти нельзя.
Стало быть, нужно продолжать путь — так размышлял Алед. Направление он не потерял. Он сможет двигаться на север по этим луговинам. Главное, держаться подальше от дороги, пока опасный лес не останется позади. По крайней мере, надо куда-то идти, чтобы найти деревню или город, в котором можно будет остановиться, а то и вовсе осесть.
Он чувствовал себя неприкаянным. В общем-то, так оно и было… Он совсем не знал этих мест и не имел ни малейшего представления, где находится. Одно он помнил: табличка на столбе указывала, что дорога приведет к Тригорью, в Замок Магов. Значит, надо не потерять направление. Придется двигаться по бездорожью в направлении, соответствующем тракту.
Разбойник встал и пошел вперед. Ветер колыхал траву вокруг. Пение птиц слышалось где-то в стороне леса. Далеко впереди земля полого поднималась по склону большого холма, каких здесь было немало. Редкие деревья с широкими кронами украшали его гребень.
Идти по лугу было не так тяжело, как ожидал Алед, но все же продвижение его оказалось медленным. Он шел довольно долго, прежде чем добрался до подножия и начал ощущать под ногами подъем. Солнце висело над горизонтом на западе, где простирались необъятные просторы неизведанной земли. Длинные серые тени всхолмий лежали на зеленых лугах.
Главарь разбойников придержал коня, и следующие за ним всадники тоже замедлили движение. Навстречу по размытой после недавнего ливня дороге, брызгая грязью, во весь опор скакала лошадь. В седле сидел крепкого телосложения воин в сверкающих на солнце доспехах. Он резко остановился, удерживая вставшего на дыбы скакуна, и, выпрямив спину, положил руку на эфес меча.
Оссимур подъехал ближе и остановил коня в паре шагов от путника. Остальные проехали дальше, окружая незнакомца плотным кольцом. Главарь долгое время пристально изучал воина взглядом, уделив особое внимание расписным доспехам и сверкающему золоченому шлему, после чего спросил:
— Ты кто такой?
Молодой воин выпрямился в седле, гордо поднял подбородок и громко отчеканил:
— Я Второй Мечник из почетной стражи достопочтенного наместника Албут-кайлур-гирда! — Он замолк на мгновение и окинул взглядом угрюмых головорезов, словно проверяя, насколько сильное впечатление произвели на них эти слова. — Во славу Наместника и именем Первого Хранителя Алкайгирда приказываю освободить мне дорогу!
На миг в воздухе повисла тишина. Первым не сдержался и прыснул от смеха Ардан, после чего разом захохотали остальные разбойники. Один лишь Оссимур оставался серьезным.
— Твои приказы для нас пустой звук, воин, — спокойно ответил главарь. — Нам плевать на наместников и королей, и законы ваши нам не писаны. Мы свободные люди. Мы Волки Тракта. Слыхал?
Страж вмиг поменялся в лице и лишь кивнул в ответ.
— Что-то ты далеко от Алкайгирда! — с вызовом бросил Ардан.
Страж вновь растерянно кивнул.
— Еще и в одиночку, — добавил Оссимур. — Дороги опасны для одиноких путников, даже для «мечников из почетной стражи».
— Особенно для них! — усмехнулся Кабан.
Воин не отвечал, лишь бросал опасливые взгляды на разбойников.
— Чего молчишь, жертва? — проговорил Ардан. — Язык проглотил?
Ардан выехал вперед и поравнялся с лошадью стражника. Разукрашенное шрамами лицо Ардана явно напустило на него страху. Воин по-прежнему держал руку на мече, но обнажить его все же не решался. Ардан долго с ухмылкой разглядывал сначала дохлую вороную лошадь, старую сбрую, а затем изящные доспехи наездника.
— Лошадь у тебя не из лучших.
— Из «Захолустья».
— Из какого еще захолустья? — не понял разбойник.
— Трактир так зовется. Тот, что за рекой Харб…
— Оно и видно, — произнес Ардан, не переставая рассматривать всадника. — Лошадь явно не из «почетных конюшен»! А латы твои хороши. Да только наверняка неудобны. Но вот шлем… — Он перевел взгляд на голову воина. — Шлем мне нравится… Снимай.
Воин дрожащей рукой вытащил меч.
— Ты хочешь сдохнуть за шлем? — спросил Ардан.
— Брось оружие, воин, — со вздохом проговорил Оссимур. — И советую отдать шлем. С Арданом шутки плохи, поверь.
Мечник повиновался не сразу. Но через некоторое время клинок все же упал на землю, и блестящий золоченый шлем вскоре перекочевал на голову Ардана.
— Слезай с коня! — сказал Оссимур.
— Пощадите, — пролепетал воин.
